Вверх страницы
Вниз страницы

Romeo and Juliet (18+)

Объявление


Лучшие игроки недели:



















Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Romeo and Juliet (18+) » Площади Вероны » Фонтан Веронской Мадонны


Фонтан Веронской Мадонны

Сообщений 91 страница 95 из 95

1

В центре площади пьяцца делле Эрбе находится фонтан Веронской Мадонны. Его возвели в 1368 году по указанию Кансиньорио делла Скала. Для фигуры Девы Марии была использована римская статуя, датированная 380 годом.

0

91

В ответ нравоучительному тону слов тетушки Бенволио только кивнул и попытался улыбнуться, хотя вышло это не очень-то хорошо: настроение казалось безнадежно испорченным. А будь оно хоть немного более дерзким, таким, в котором его привыкла видеть, пожалуй, даже синьора, как бы ни пытался Эспозито держать себя в руках перед ней, Бенволио наверняка подобрал бы целую уйму "ласковых" в сторону этого бешеного пса Тибальта, которого хлебом не корми – дай только скрестить шпагу с кем угодно из представителей Монтекки, да, наверное, и не только с ними.
- Непременно, синьора, - пообещал Эспозито, мысленно махнув рукой на все произошедшее. В конце концов, прошлого не воротишь, а распаляться по поводу Моретти не хотелось уже только потому, что всего за ту несчастную четверть часа, что они провели в дуэли, Бенволио успел пресытиться этим человеком настолько, что единственным возможным желанием, связанным с ним, могло быть лишь желание отправить его на тот свет, да поскорее. За сим Эспозито поспешил просто заверить синьору в собственной осмотрительности. И хотя он делал это уже сотни раз прежде, едва ли до сих пор сдержав хотя бы одно из таких обещаний, тетушка все равно каждый раз верила племяннику на слово. Но ведь кроме этого ей ничего не оставалось…
- Да, ранил, но это пустяки, синьора, всего лишь царапина, - и еще одна заведомая неправда, которой Эспозито так же не один раз потчевал Сандру, отчитываясь за любой исход драки и за каждый порез на теле собственном или на теле ее сына. Впрочем, сейчас это практически и не было ложью, если только не учитывать того, что любая рана, пусть даже самая мелкая, могла обернуться смертельным исходом, если оставить ее надолго без должного внимания. Бенволио вновь обворожительно улыбнулся, найдя в себе силы доиграть роль того, кто развеет все тревоги женщины и усмирит ее гнев. – Конечно, я слышал все, что приказал герцог. И так же разделяю Вашу точку зрения по поводу того, что простыми словами не унять жажды кровопролития многих веронских господ, да и не только господ, – совсем немного лести и много пустой болтовни никогда не бывали лишними. - И впредь я буду осторожен, обещаю, а так же буду приглядывать и за Ромео, разумеется.
Сандра просто не могла не спросить о своем сыне. Можно сказать, Бенволио даже ожидал, когда именно повиснет в воздухе имя этого пропащего романтика. Ведь без него разговор синьоры Монтекки с племянником - и вовсе не разговор ровно с тех пор, как Эспозито, помимо братской опеки над кузеном порой излишним беспокойством Сандры оказался возведен едва ли не в ранг няньки для Ромео при том, что у него даже был личный слуга. И снова, как и чаще всего Эспозито был вынужден огорчать свою тетушку.
- Нет, синьора, я не знаю, где Ваш сын, – хорошо, что женщина задала вопрос именно так, а не в какой-нибудь другой формулировке, которая явно не позволила бы Бенволио выкрутиться так легко, практически и не обманывая. – Пожалуй, Вы правы, скорее всего, он вновь вздыхает о Ней... Я видел Ромео только утром, обеспокоенный не меньше Вашего - ночью его не было в поместье, - близ Адидже, но только меня завидев, он поспешил скрыться, и так как он искал уединения, преследовать его я не стал.

0

92

"Соврал два раза подряд. Надо же, насколько ему плевать и на меня и на себя. И возле Тиальта он появляться больше не будет и рана у него пустяковая. Ну почему, в прошлый раз, когда я была больше похожа на фурию, чем на женщину, он вел себя достойней, чем сейчас, когда я стараюсь быть "любящей тетушкой?"" - откровенно говоря, Сандра была бы не прочь еще послушать о дуэли и Тибальте, но у Бенволио, видимо, не было желания вспоминать произошедшее.
Осталось лишь кивнуть, сделав вид, что синьора полностью полагается на племянника и доверяет ему. Эта своеобразная игра длилась уже двадцать лет и не успела наскучить ни Бенволио ни его тетушке. Ей уж точно было спокойней знать, что пустослов и сам выкрутится из любой ситуации и сына ее в обиду не даст, не смотря на все его выходки. Правда сегодня одними словами не обошлось, но, если верить Бенволио, это не его вина, а дальше пусть синьор сам разбирается, кто виноват. Для Сандры же главное, чтобы сын и племянник хотя бы изображали непричастность.
- Надеюсь, Бенволио, приглядывать за ним ты будешь лучше, чем сейчас. Он полностью находится под твоим влиянием, а ты даже не знаешь где он. Разве ты с ним сегодня еще не встречался? - подозрительно глядя на племянника, Сандра решила все-таки, что он скрывает от нее местонахождение Ромео и пытается выкрутиться как всегда. Впрочем, выслушав историю Бенволио, она скорее поверила ему. Описанное поведение было столь похоже на Ромео, что не поверить было сложно. Хотя на то он и Бенволио, чтобы прикрывать своего кузена от его матери.
- Мой сын не ночевал в поместье? И избегает даже тебя? - синьору задело, что факт шатания ее сына ночью по городу был ей неизвестен до сих пор. Материнские чувства с опозданием решили проявить себя и, раз уж самого сына синьоры здесь нет, синьора засыпала вопросами Бенволио. - Мой дорогой племянник, ты знаешь кто она? И почему он избегает даже твоей компании и предпочитает страдать в одиночестве? - женское любопытство взяло верх и Сандре жутко захотелось узнать, по какой синьорине на этот раз страдает ее сын. Благодаря Бенволио, она знала большинство предметов обожания Ромео, каждый раз удивляясь, как ее сын может настолько сильно страдать по девушкам, а если те отвечали взаимностью, почему он убегал от них при первой же возможности. Тем более что Ромео - наследник дома Монтекки, а значит за объектами его обожания нужно следить особо тщательно.

0

93

Ну вот, снова. Иногда Бенволио казалось, что он наперед знает буквально каждый поворот разговора, который в принципе может произойти в беседе между синьорой Сандрой и ее племянником, неважно, на какую именно тему. Касайся она красоты цветов под утренней росой или же алых бусин чьей-то крови, рассыпавшихся по площади, все одно: от синьоры обязательно последует реплика о Ромео, в которой она упрекнет своего нерадивого племянника в плохом присмотре за ее сыном, а тот, в свою очередь, слегка задетый таким упреком, как можно более вежливо попытается отстоять свою точку зрения, следуя которой он, Бенволио Эспозито-Монтекки, вовсе не является для наследника клана ни кормилицей, ни, уж тем более, нерадивой нянькой на содержании и милости господ.
Эспозито украдкой вздохнул и повел плечами, после пряча некоторое раздражение за улыбкой.
«Конечно, уж куда мне до служки-следопыта. Я же его друг, даже больше – кузен, а значит – просто обязан знать о каждом шаге этого пчелой Амура ужаленного романтика. У меня же вовсе нет никакой своей жизни и личных забот, а глаза – просто сами настроены вместо девок знатных по городу племянника Монтекки выискивать… Вот откуда мне знать, где он изволит сейчас сохнуть и от Вас прятаться, тетушка? Ох, вот не будь он мне другом – выдал бы с потрохами…»
- Увы, синьора, Ромео совершенно никого не желает видеть, включая меня.  Представьте: он даже слугу от себя отослал, чтобы тот развеялся…
«… и ввязался в драку с Капулетти, а то и вовсе спровоцировал ее. Горячая твоя голова, Балтазар! Хватись я тебя чуть раньше – выхлебал бы воды ушат от меня, глядишь – и протрезвел бы. И где они с Меркуцио только так надрались с утра?»
- А впрочем, стоит ли удивляться, синьора? Любовь… В аккурат раз в месяц как она кружит Вашему сыну голову с новой силой. Ах, Вы только представьте: уже не меньше четырех недель к ряду он увивается за ней: неприступная, холодная, как камень. Отвергла его, а он все еще надеется на какие-то чувства, - Бенволио фыркнул. – Уж и я ему говорил, и Меркуцио – тоже, да итог один: Ромео никого не хочет слушать. Одно лишь сердце ему разум затмевает. Подумайте только, синьора! Ему девица на момент стала дороже друзей! Ох, знатно они поругались с Меркуцио в тот вечер…
Эспозито махнул на своего кузена рукой, да забывшись, сделал это именно той, на которой красовалась теперь тонкая алая отметина, края которой уже огрубели, но самый центр все еще сочился яркими каплями. Коснувшись пореза случайным взглядом, Монтекки поспешил вновь завести руку за спину, а голову поднял на тетушку, что заговорила вновь. В ответ ее словам Бенволио слегка изменился в лице, мгновенно сделав вид, правда, что тяжело раздумывает над тем, не упоминал ли Ромео имя своей ненаглядной прелестницы, в самом деле он судорожно перебирал все то, что успел наболтать только что на предмет имени этой Божьей невесты. Вот уж о чем Сандре действительно не стоило знать – так это о том, что сын ее настолько страстно мог увлечься Капулетти.
- Хм, да нет, тетушка, Ромео не раскрывал ее имени. Все только что снаружи, знаете, да что внутри: красотка кареглазая с душой холодной, словно лед… Что ж, я обязательно передам Ромео, что Вы желаете с ним встречи, если увижу его, а сейчас позвольте мне откланяться. Все-таки царапина царапиной, а жжется нещадно. Да… Доброго дня, тетушка.
И. поклонившись, Бенволио поспешил скрыться с глаз Сандры с такой скоростью, с какой, пожалуй, прежде только от стражников веронских убегал вместе с Меркуцио, когда они тайком пробирались в какой-нибудь дом Капулетти. Эспозито чувствовал за собой очень большой грех болтливости, который никак не довел бы мужчину до добра, если бы он в тот же час не ушел с площади. Еще пара вопросов тетушки, и он наверняка потерял бы равновесие на каком-нибудь из них, запутавшись в собственной лжи. А за сим уж лучше было сбежать подобным образом, чем потом отчитываться сразу перед всеми за свои и чужие грехи.
Добравшись до поместья Монтекки, Бенволио заперся в собственной комнате, где смог, наконец, обработать рану и отдохнуть.

===> Поместье Монтекки, Комната Бенволио Монтекки

0

94

"Ромео отвергли? Тогда это объясняет, почему он скрывается ото всех и не хочет никого видеть. Хотела бы я знать, кто эта синьорина, ради которой мой сын забыл друзей. Хотя я и постоянно ругаю их дружбу, все же Бенволио и Меркуцио не самые худшие друзья для Ромео. Если бы не они, он бы совсем зачах и закрылся в себе, хотя бы они его тормошат и периодически возвращают к жизни. Но все же из-за кого мой сын впал в уныние? Бенволио говорит много, но осторожно, наверняка он знает кто она, но прикрывает друга".
- Да ты ревнуешь его к этой недотроге, - синьора с интересом посмотрела на племянника, как тот красочно описывал сложившуюся ситуацию. Раз Бенволио близко к сердцу принимал судьбу Ромео, значит, он сумеет избавить его от тоски. В этом Сандра всегда могла положиться на своего племянника, тот мог любому поднять настроение, иногда даже ей самой. Разумеется, говорить она ему об этом не собиралась, а наоборот всячески старалась остепенить племянника, но в душе понимала, что меланхоличного Ромео уравновешивает веселый Бенволио. Главное, чтобы ей с мужем не пришлось расхлебывать последствия, как это будет сегодня.
А Эспозито все говорил и говорил. Даже, раззадорившись, в сердцах махнул раненой рукой, что заметила Сандра и отметила про себя, что края раны уже затянулись, хотя общая картина не радовала. Лучше все-таки перестать мучить племянника и отпустить его залечивать руку. Но тот и сам поспешил ускользнуть, рассказав все, что счел нужным. Сандра лишь кивала, качала головой и с удивлением поднимала брови, где было необходимо по ходу рассказа, чтобы не мешать потоку слов племянника.
Теперь еще услышать бы версию самого Ромео и сопоставить факты. Действительно ли он так расстроен, как утверждает его кузен, или у него есть другая причина не показываться родной матери на глаза?
- Доброго дня, Бенволио, - немного рассеянно попрощалась Сандра, переваривая информацию. Уже запоздало она спросила себя, откуда Бенволио знает цвет глаз девушки, если не знает кто она? Наверняка он бы выведал кто она, если бы встретил их с Ромео вместе... Но разбираться с племянником было поздно, тот быстрее ветра умчался от родной тетушки, будто дуэлянт от городской стражи. Кстати, про дуэли, герцог приказал Монтекки явиться к нему сегодня. Наверняка все дела с Капулетти уже закончены и можно идти оправдываться перед герцогом за слуг и за Бенволио.

===> Виллафранка-ди-Верона, Поместье герцога Эскала

Отредактировано Синьора Монтекки (2014-03-19 17:00:16)

0

95

Он сражался до последнего. До того момента, пока его не поставили на колени, приставив шпагу к глотке. Вот и все. Он проиграл. Хотелось плакать и смеяться, хотелось броситься на него хотя бы с кулаками и хоть так доказать то, что не столь слаб, как казалось. Впрочем... да именно так-то и было. Он был слаб. Все это время. Он не мог сопротивляться этому подлецу целый год, давясь собственными слезами и обидами, которые буквально душили из раза в раз, когда тот оставлял после очередной встречи. Да как он только смел так обращаться с племянником подесты?! Но смел и обращался, словно он был той девицей, что на днях решил сам Меркуцио развлечь. Оскорбительно, унизительно... несправедливо. Но он молчал. До последнего молчал, пока не случилось так, что они поссорились. И тогда делла Скала дал волю своим эмоциям и высказал все то, что было на душе. Немного глупо вышло, но все же... свершенного уже не вернуть.
Рыжеволосый паяц тяжело дышал, глядя на чего-то выжидающего Валенцио. Хотел услышать мольбы Меркуцио? Тогда зря надеялся, он бы не доставил такого удовольствия. Гордость не позволяла пасть столь низко, чтобы молить о пощаде. Впрочем...
- Последнее желание... - тихо проговорил паяц, - последнее желание приговоренного к смерти. Есть традиция исполнять оное, если оно выполнимо, - подняв взгляд на некогда любовника, делла Скала позволил себе усмешку. Что за глупость он собирался свершить? Видимо действительно свихнулся в какой-то момент, сам того не заметив. А даже если и заметил, то не хотел оного признавать до сего момента, когда уже глупо отрицать весьма очевидные вещи. - Раз я имею право на последнее желание, - касаясь аккуратно пальцами клинка, - я бы хотел запросить на прощание поцелуй, не более. Чтобы этот вечер хоть чем-то приятным был скрашен, - практически невинная просьба, которая столь легко слетела с губ, если не брать в расчет несколько дрожащий голос. Право, и что это нашло? Какая глупость, как и самое желание.
Томление в мгновениях, племянник подесты уже отчаялся получить положительный ответ на свое желание, когда почувствовал прикосновение давно знакомых губ. О, что за слабость в его лице? И почему никак не удавалось ее преодолеть? В итоге же оказался и вовсе сражен. Но оторваться от столь знакомых губ, даже когда угрожают оружием - нечто невыполнимое и доводящее до дрожи в руках.
Кажется, поцелуй оказался слишком страстным и уж точно лишающим рассудка. Еще совсем недавно дага ранила кожу, когда шпага стала мешаться в оном акте проявления чувств, а теперь она стала единственным средством, чтобы скорее срезать этот костюм, мешавший прикосновениям. Кажется, они снова оказались одержимыми друг другом и оттого не смогли остановиться, хотя оба прекрасно понимали, сколь сомнительна ситуация. И Меркуцио ведь даже не жаловался на боль в раненном плече, игнорировал грубость Моретти, как и его нетерпеливость. Пусть. Пусть будет так, ежели это последнее ,что суждено запомнить в этой проклятой жизни. Он совершенно не против оного.

И, как бы ни готовился делла Скала к смерти, в итоге Валенцио изменил свое решение, оставив своего бывшего любовника в изрезанном костюме Арлекина сидеть в этом переулке, тихо смеющегося и отчаянно желающего вновь оказаться в его объятиях. Он признался... признался этому треклятому садисту в своих чувствах, думая о том, что дальше ожидает только смерть. Но, похоже, что он решил посмеяться и оставил племянника подесты в живых после столь постыдного признания.
Он не помнил себя, когда подоспел Балтазар и растревоженный картиной раненного друга, поспешил отвести того домой. Делла Скала обещался все объяснить, да только многим позже, слишком много сил отняла эта схватка и собственное признание, от которого и ныне сердце заходилось болезненным спазмом. Вот ведь пес, нарочно ли так мучил, чтобы заставить проронить оные неосторожные слова? Несомненно.
Уже сданный на руки слуг, Меркуцио пообещал своему другу после полудня встречу и все рассказать, так сказать, покаяться перед тем, кого столь нечестно использовал этим же днем. А сам, под руки доведенный до комнаты и гордо попросивший удалиться оных людей, рыжеволосый паяц, хоть и с трудом стоя на своих двоих, прошел к комнате брата и постучал. Услышав же его голос, явно удивленный столь поздним визитом, он отварил дверь и прошествовал к кровати, где уже лежал Валентин. Раздеваться сил не оказалось, как и толком перевязать раны, а потому Меркуцио прямо так и завалился к нему, говоря о любви и том, что ошибался в отсутствие оной. Он рассказал о своих чувствах к Моретти, признался в слабости к нему, а под завершение проговорил то, что должно было бы услышать младшему брату - извинился за оскорбление его будущей супруги и благословил, сказав о том, что лишь с ней и может быть счастлив юноша. Уж слишком ярко горели глаза того и выдавали, как говорится, с потрохами.

Утро оказалось немилостивым к паяцу, когда тело отозвалось на первое же движение болью, а желание провалиться сквозь землю - невыносимым. Только и останавливало, что обеспокоенный брат зажал ему рот, чтоб тот не смел нецензурно выражаться. Как оказалось, добрый младший брат перетянул старшему брату рану и даже раздел настолько, насколько было возможно, чтобы тому спалось удобнее.
Помня о том, что его в полдень Балтазар ждал на площади, хотел того Меркуцио или нет, но пришлось подниматься и собираться в привычной спешке. С рукой на перевязи и отсутствующей возможностью воспользоваться оружием, уже через каких-то полтора часа паяц выскочил на улицу и превозмогая боль, бросился туда, где его ждали. Вот только не то он увидел, что хотелось бы и должно.
Что случилось? Отчего скрестили шпаги Ромео и Тибальт? Не ведая истинной причины и не зная о венчании наследника Монтекки и Капулетти, он только и мог, что оказаться свидетелем разворачивающейся драмы. Пускай Тибальт и был лучшим из фехтовальщиков в городе (теперь на эту же ступень делла Скала ставил и его старшего брата), но приступ сказался на нем весьма дурно, да и гневливость играла против него. Вот один раз он ошибся, потом второй и Ромео, почувствовав свое превосходство под крик Меркуцио, пронзил чужую грудь.
- Что ты натворил, идиот?! - оттолкнув Ромео прочь от Моретти младшего, он опустился перед младшим племянником Капулетти на колени, поднимая его голову и заглядывая в глаза. - Не смей умирать, посмотри на меня!
- Я-то думал... что ты убьешь меня, а не этот щенок, - даже в этот момент Тибальт насмехался, не смея просто сдаться. Он сжимал еще несколько мгновений ладонь Меркуцио, но после хватка ослабла, а в глазах появилась такая холодная пустота, что племянник подесты отпрянул. Правда, ненадолго и уже вскоре с кулаками он бросился на Ромео.
- Что? Что ты натворил?! Пролил кровь и не смыть ее теперь с рук! Как дальше будешь жить? Подеста же запретил дуэли, ты - самоубийца, сам себя обрекший на смерть. Что стоишь и смотришь на меня?! Беги прочь отсюда, беги, пока стража тебя не поймала!
И пускай ему не было суждено узнать причин этой дуэли, он не мог позволить второму другу бесславно пасть на этой площади. Лишь потому и отпустил наследника Монтекки, не стребовав с него хоть каких-то объяснений.
Вскоре прибыла стража вместе с возмущенными синьорами Монтекки и Капулетти. Как бы ни хотелось выгородить своего практически брата, он только и мог, что признаться, что подоспел под самой конец дуэли, когда мгновения Тибальта оказались сочтены. Ни причин оной он не знал, ни почему же Моретти младший пропустил удар. Как бы ни хотелось признавать оного, но, похоже, что тот просто подставился под него, чтобы окончить свой путь земной. Но чтобы могло двигать им?

А дальше были допросы стражников и подесты, который вернулся в город. Тысяча оправданий и практически грань истерики, когда не знаешь, что отвечать. Делла Скала желал скорее освободиться из тех путь, что держали его здесь и сейчас. А потому, когда спустя энное время он выскочил на улицу, ему показалось, что он впервые за столь долгое время сделал вдох. Теперь он лишился одного друга, который появился не так давно, а теперь оное угрожало и второму, если бы он не сбежал прочь из города.
Меркуцио поспешил на встречу с Балтазаром, подавленный и раздавленный, осознающий простую истину, что это не конец его злоключений в этот день. Еще предстояло раскрыть одну тайну своему другу, а там... а там пусть будет то, что будет. Другого выхода у него все равно не оставалось, ежели он желал действительно начать новую жизнь. Даже если ее начало омрачалось оными событиями.

0


Вы здесь » Romeo and Juliet (18+) » Площади Вероны » Фонтан Веронской Мадонны


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC