Вверх страницы
Вниз страницы

Romeo and Juliet (18+)

Объявление


Лучшие игроки недели:



















Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Romeo and Juliet (18+) » Площади Вероны » Фонтан Веронской Мадонны


Фонтан Веронской Мадонны

Сообщений 31 страница 60 из 95

1

В центре площади пьяцца делле Эрбе находится фонтан Веронской Мадонны. Его возвели в 1368 году по указанию Кансиньорио делла Скала. Для фигуры Девы Марии была использована римская статуя, датированная 380 годом.

0

31

Реакция брата совсем не удивила Меркуцио. Более того, он просто проигнорировал поведение брата, а потом и вовсе бросая его на Стефано, решив, что те сами разберутся, что и как делать. Впрочем, он не смог отказаться от последней реплики со своей стороны.
- Ой, Валентин, не подавись своей желчью. Весь взъерепенился, что даже смешно. Ладно, Стефано, еще увидимся, а я похищу друга для разговора, - усмехнувшись, Меркуцио хлопнул Ромео по спине. - Да-да, я тоже соскучился по тебе, Ромео, - после объятий произнес рыжий, после чего взял его под руку и повел в сторону, чтобы уже никто посторонний их не слышал.
"Не люблю любопытствующих не в меру людей. Они раздражают", - рыжий улыбнулся, хотя улыбка и вышла несколько усталой, что явно выдавало то, что он явно развлекался этим утром еще.
- в отличие от тебя, Ромео, мы делимся своей любовью с прекрасными дамами, услаждая их красивыми речами и заставляя пылать их тела, мучая несчастные сердца, - племянник герцога обнял друга за плечи, разглагольствуя на эту тему с вполне серьезным лицом. - Ты бы лучше вспомнил о своей плоти, а то там уже наверное скоро все отвалится за ненадобностью и тогда ты сам сможешь обрядиться в юбку! - хохотнув, рыжий потянул Ромео за собой, схватив уже его за запястье и утаскивая в небольшой переулок, который выходил на эту площадь.
"О, сколько эмоций на этой милой мордашке. Мог бы так и не напрягаться, не собирался я трогать брата при всех. Это слишком скучно. Маленький зануда".
- Ромео, скажи мне, друг мой дражайший, а где же пропадает Балтазар? Вроде твой слуга, а днем с огнем не сыщешь. Может ты его уже сослал в Мантую за какие-нибудь грешки, а мы и не знаем? Или так замучил, что он сам сбежал? Ну ладно, не о том же разговор! - Меркуцио хмыкнул, а потом, осмотревшись внимательно и приметив ступеньки одного крыльца дома, уселся на оные, приглушенно застонав. - Ужас какой... - покачав головой, он вздохнул и посмотрел на своего друга. - Садись рядом и поговори со мной. Давно же не общались. Как там твои душевные муки? До сих пор страдаешь по очередной красавице? А может мы чего-то не знаем и ты в действительности увлекаешься юношами, а то с чего бы это ты гуляешь с моим дражайшим братцем? Раньше не замечал за вами особой дружбы, да вы даже не общались, а тут... оба чуть ли не сияете и о чем-то крайне мило беседуете. Ты мне смотри, - рыжий откинулся немного назад, опираясь на локти. - Не порть брата. Возможно, что из него выйдет хороший муж и отец, когда наступит время, а потому не смей мне его портить. Узнаю, что вас двоих связывает что-то другое... - племянник герцога замолчал на мгновение, а потом рассмеялся. - Я тебе лично покажу, как становятся кастратами. И я как-то сомневаюсь, что тебе это понравится, - смех резко оборвался, после чего рыжий посмотрел на друга. - Да ладно, шучу я, не пугайся только! Будто мне есть дело до того, с кем он будет спать в одной постели: с женщиной или мужчиной. Его дело. Так что там с твоей дамой сердца? В койке еще не была с тобой?

0

32

Ромео пытался было что-то возразить, или, может, как-то разрядить неприятную обстановку вновь сложившуюся между братьями, но не успел. Да и какое там! Очень уж стремительно Меркуцио его "похитил".
- Да что же вы ругаетесь постоянно? - только и смог пробурчать он, но больше для себя. Очень уж сомневался наследник Монтекки, что Меркуцио будет его слушать.
"Уж кого, а меня он будет слушать в последнюю очередь..."
- Я тебя умоляю, Меркуцио, - чуть ли не простонал он, снова услышав уже привычные разговоры про "плоть" и "услаждение прекрасных дам". - Да у вас с Бенволио все мысли только ниже пояса. Я может не против делиться, как ты выразился, "своей любовью" с прекрасными дамами, но ты уже слышал и не раз, что считаю походы в бордель чем-то низким. И в первую очередь к тем леди, что работают там. И... хм... - юноша смутился и отвел взгляд. - Не настолько я забыл о своих потребностях. Только сейчас мое сердце принадлежит только одной леди, и потому я не могу дойти до такого, чтобы провести ночь с другой. Это предательство для моей любви.
"Пусть даже моя любовь и не хочет меня видеть..."
Когда они оказались в каком-то переулке, Монтекки прислонился к стене и теперь удивленно смотрел на рыжего.
- Что это за странный интерес к моему слуге, Меркуцио? - поинтересовался он, слегка прищурив глаза. - Он вроде не дама, чтобы ты так желал встречи с ним. И, нет, я его не загонял совсем, - все-таки подойдя к другу, Ромео устроился на ступеньках рядом с ним. - Я его отправил с письмом по поручению матушки. Поэтому не думаю, что он скоро вернется.
- Уж кто-кто, а я твоего брата не испорчу! - Монтекки даже изобразил возмущение. - Мы с ним случайно встретились на набережной. Если честно, я так давно его не видел, что и не признал в нем твоего брата. И зря ты на него наговариваешь. Валентин очень приятный собеседник, и мы не плохо прогулялись по городу. Да и вообще! Что за намеки?! - юноша несильно пихнул друга в плечо.
"О ком страдаю сейчас? Ох... а стоит ли тебе рассказывать, друг мой?" - при этом наследник Монтекки задумчиво разглядывал лицо Меркуцио, будто пытаясь по нему прочитать дальнейшую реакцию.
- Моя дама сердца унесет свою красоту с собой в могилу. Ей не интересны плотские утехи, и она хочет отдать себя Богу. Поэтому... - Ромео развел руками и немного виновато улыбнулся. - Едва ли у меня получится склонить ее к близости. А еще... на свою беду я полюбил девушку из клана врага. Значит, мне и тем более ничего не светит. Амур, друг мой, бывает время от времени весьма жесток. Его забавляет ставить людей в безвыходные ситуации. Ты скажешь "Найди другую. Вокруг много прекрасных девиц, которые только и ждут тебя", но сердцу не прикажешь, - может после разговора с Валентином, может просто потому, что уже устал лишний раз перекручивать в голове эти мысли, но все это прозвучало очень буднично.
"Еще бы научиться воспринимать все подобным же образом... Может тогда я смогу излечиться от этой любви, которая губит меня..."

0

33

- Я говорил тебе, что ты жуткий зануда, Ромео? Отказываться от плотского ради одной дамы? Какая глупость, тем более, если она отдана Богу и тебе ничего не светит. Так не проще ли тебе туда же отправляться, влюбленный? - усмехнувшись, рыжий только и смог покачать головой, понимая всю глупость этой ситуации.
"Любить ту, которая никогда не ответит на чувства... ну что за дурость, право? Если уж и любить, то ту, которая не прочь ответить".
- Мой интерес связан с тем, что я хорошо отношусь к Стефано, а бедный парень переживает из-за того, что друг пропал. Конечно, он напрямую не признает этого, но у него и так все на лице написано. А Балтазар, подлец такой, мне еще нужен и по личному делу. Должок за ним, хочу его получить. Мы поспорили, он сказал, что я не смогу уложить на лопатки замужнюю синьору, но, увы и ах... уложил. Теперь он должен выполнить мое любое желание!  - радостно возвестив, Меркуцио удобнее устроился, пододвинувшись и уступая место немного и Ромео. - В общем, есть причины его искать.
"И чтобы потом ему загадать? В голове столько неприличных мыслей..."
- Да знаю я, что Валентин приятный собеседник и так далее... но зануден не меньше твоего в последнее время, а потому и говорить с ним не возникает никакого желания, - не удержавшись, рыжий пихнул друга в плечо и улыбнулся. - Да ладно, я только рад буду, если он найдет себе хоть одного друга, даже если им станешь ты и мы тебя с Бенволио окончательно потеряем. Только ему об этом не говори, договорились? А то я всем расскажу, что ты приставал ко мне, - в шутливом тоне произнес племянник герцога, после чего страдальчески вздохнул. - В красках опишу то, что ты со мной сделал, неблагородный! Или неблагодарный? Еще не решил, какое к тебе применить определение, - и все-таки Меркуцио заставил себя сесть ровно, понимая, что не совсем прилично вот так разваливаться на ступеньках непонятного дома.
"Пытается выглядеть спокойным и даже равнодушным, говоря все это? Ох, плохой же из тебя актер, Ромео!"
Улыбка коснулась в этот миг его губ, после чего Меркуцио обратился снова к другу.
- И что же хорошего тогда в твоей любви, если она делает тебя несчастным? Зачем она? Для того чтобы страдало сердце? Выкинь ты эту глупость из своей головы. Право, зачем мучить себя? Что в ней такого? А уж тем более, если она из Капулетти... то сомневаюсь, что ты даже общался с ней. Постой! - Меркуцио чуть не подскочил, сопоставив все факты, которые рассказал ему друг. - Неужто это Розалина?! Капулетти, та, что Богу отдана... наслышан. Она же холодная, как лед! И неприступна даже в разговорах! Пытался как-то с ней пообщаться, да толку оказалось ноль. Сказала только, что помолится за мою грешную душу, чтобы в аду не горел, когда туда попаду. Нет, друг мой, ты безумец! - произнеся эту тираду, он покачал головой и положил ладонь на плечо друга. - Послушай меня внимательно, Ромео. Я не смыслю в любви и надеюсь, что эта напасть меня обойдет. Но все же не стоит влюбляться в кого-то, кто будет настолько недосягаем. А говорить про "сердцу не прикажешь" не надо тут. Мы-то как-то с Бенволио приказываем ему не влюбляться во всяких прелестниц, которые пленяют своими округлыми формами взоры. Тебе явно пора с нами на "охоту", иначе совсем свихнешься, - рыжий сначала хотел было подняться, но потом улегся обратно на ступеньки. Нет, пока он еще не был готов активно двигаться и что-то на пальцах разъяснять. - Уж лучше в Ливию влюбись. И молода, и хороша, и свободна. И риск, что этот кошачий царь прищемит тебе что-нибудь, всегда есть. Романтика же!

0

34

- Светлая голова, нам здесь не рады. Знаешь какое-нибудь место, где тебе сейчас обрадуются?
Валентин бросил короткий взгляд на "спасителя" и от него не ускользнуло неудовольствие на лице Монтекки, что бонусом к настроению явно не стало.
"Да не беспокойся ты так, не буду тебя долго мучить своей компанией. Скорее всего, не буду мучить совсем".
Замечания насчет собственного внешнего вида, желчи и прочих неожиданно обнаруженных братом деталях младший по привычке опустил. Вернее, сделал вид, что опустил. Ох, многое он мог бы сказать, да только сейчас важнее и намного проще, а главное, эффективнее было просто убраться отсюда подальше, а не доказывать непонятно кому и непонятно что. В чем Меркуцио был прав, так в том, что реакция Валентина действительно была слишком явной, и это не показалось юноше лучшим вариантом.
"Да что с тобой сегодня, в конце концов? Возьми себя в руки, это он еще нормальный..." - одернул он себя.
Вдохнуть поглубже, ровный выдох. Три минуты и площадь останется за спиной, всего три минуты.
- Не переживай, братик, не подавлюсь, - намного спокойнее и сдержаннее, чем мог бы это сделать еще пару секунд назад, ответил Валентин и словно бы в доказательство того, что не подавится желчью, выдал в сторону брата холодную вежливую улыбку, а затем с нею же обернулся к молодому Монтекки, которому поручили его "спасти".
"Раз так не хочется проводить время со мной, мне же легче".
И ровно сказал:
- М-м... Пожалуй, мне в любом месте будут рады больше, чем здесь. И, смею думать, при наличии такого широкого выбора я справлюсь с поисками этого места самостоятельно. Благодарю, - холодно кивнул он невольному спасателю, но не спасителю и, не прощаясь с братом, а потому и с захваченным им для разговора Ромео, отправился в сторону ближайшей выходящей с площади улицы.

===> Улицы и переулки Вероны, Виа Пелицца

0

35

- А я тебе говорил, что ты думаешь только тем, что у тебя ниже пояса? - в том же тоне отозвался Ромео, поворачиваясь к другу. - Что ж я от вас с Бенволио только одно и слышу? Будто в мире больше и нет ничего кроме похоти! Вот не зарекайся! Влюбишься сам когда-нибудь, и посмотрим тогда, кто еще был прав!
Все это было сказано не особо то и серьезно. Не был юный Монтекки уверен в том, что что-то заставит Меркуцио вдруг из плотских утех удариться во что-то возвышенное. Да и почему-то он был уверен, что, даже влюбившись, рыжий сведет все к тем же утехам. Разве что теперь там еще будут и эмоции.
- Да расскажи уже! А еще о том, что я затащил тебя в какую-то подворотню и зверски изнасиловал! - не удержавшись, наследник Монтекки кинулся на друга, начиная его тискать. Однако не долго, и тут же снова сел прямо, на всякий случай еще и отодвинувшись немного.
- Да, ты прав. Это Розалина. И да, она холодна и неприступна. Может быть, это препятствие и заставляет сердце так сильно желать завоевать ее любовь? Ведь чем недостижимее цель, тем сильнее хочется ее добиться. Ведь к тому, что можешь получить легко, очень быстро пропадает интерес. Не так ли вы мне все время говорили? И не потому ли каждый день меняете девушек? И потому, есть ли мне какой-то интерес до тех, кто есть рядом с ней? Они могут быть не менее прекрасными, но не так-то это просто заставить себя забыть ту, кто прекраснее всех.
Ромео только головой покачал.
"У меня все чаще стало появляться ощущение, что мы говорим на разных языках. Вроде бы и на одну тему и об одном, но не понимает друг друга, хоть ты что делай... Когда это случилось? Раньше же все было проще. Впрочем, должно быть, когда мы выросли. И интересами стали не только детские забавы..."
- Ого... очень опрометчиво было Балтазару идти на такой спор. Впрочем, у меня все больше ощущение, что вы оба это сделали специально. С чего вдруг ему сомневаться в твоих способностях? Ведь вся Верона наслышана о твоих подвигах, а тут... не поверил он, - Монтекки фыркнул. - Я надеюсь, ты мне слугу потом вернешь? А то, посмотрев, как он за тобой вьется, уведешь не хуже девушки, - юноша тихо усмехнулся, искоса посмотрев на друга.
"С него станется..."

0

36

Меркуцио только оставалось возмущенно гаркнуть на Ромео, когда тот так беспардонно взял и начал его... его, великого бабника Вероны! Взял и начал так тискать.
- Ромео, друг мой, будь сдержаннее! У меня болит все тело, а ты на меня так набрасываешься, словно оголодавший пес на кость! Я, конечно же, понимаю, что мы редко видимся, и ты по мне прекрасному скучаешь, но право, люди же увидят, - с упреком произнес рыжий, а потом рассмеялся, поняв, что долго изображать из себя кого-то серьезного он просто не может по определению. Ну, на то он и был паяцем, о котором знал весь город. - А с подворотнями осторожнее, а то ведь накликаешь на себя беду в моем лице, - он подмигнул и ущипнул друга за бок, а после, развернувшись, Меркуцио нагло устроил голову на коленях Ромео, словно так и надо.
- Позволь сказать тебе одну вещь: я предпочитаю не влюбляться потому, что не хочу становиться такой же мрачной тенью, коей выглядишь сейчас ты. Это немного пугающе и отталкивающе выглядит, поверь мне на слово. И думаю я не тем, что ниже пояса, а просто предпочитаю выбирать то, что намного проще, чем бегать за чем-то несбыточным. Розалина никогда не будет твоей, уж извини за то, что говорю тебе эту горькую правду. Я видел не один раз ее в церкви на служении, она серьезно настроена на то, чтобы сохранить свою честь до самой смерти. И скажи, чего гоняться тогда за ней и отказывать себе во всем? Да и позволь напомнить, что до того, как ты увидел Розалину, была Мария, которой ты тоже пел серенады о своей любви. Мой друг, ты говоришь о любви, но твоя любовь столь ветрена, что скоро ты со мной сравняешь счет. Только я девушкам не дурю голову красивыми словами о том, что хотел бы провести с ними вечность и потому куда честнее, чем ты, - протянув руку, Меркуцио похлопал друга по щеке и усмехнулся, а потом и вовсе рассмеялся.
- Подумать только! Балтазар за мной вьется! Ну и сказал, право! Давно меня никто так не смешил, - рыжий усмехнулся и лениво посмотрел на Ромео. - Ты явно забываешь мое правило, что я сплю только с симпатичными дамочками. А желание для него у меня вполне безобидное, - но все же Меркуцио заставил себя сесть и обнял друга за плечи, придвинувшись к нему вплотную. - Скажи, а почему ты вообще решил, что я могу с твоим слугой?.. Разве я похож на того, кто будет спать с мужчинами? Или же тебе кто-то что-то такое неподобающее рассказал обо мне? Ну-ка, поделись со мной интересными историями обо мне, раз обладаешь оными. Надо же мне знать о том, в каких грехах меня еще решили обвинить.

0

37

"Будто я не знаю о том, что моя цель недостижима... но не могу отказаться от нее. Розалина не покидает моих мыслей ни на миг. Должно быть, я совершенно сошел с ума с этим всем..." - когда голова Меркуцио оказалась на коленях у юного Монтекки, он как-то отрешенно погладил по рыжим волосам и потом тихо хмыкнул.
- Откуда мне знать, что у тебя все тело болит, когда ты даже при этом умудряешься так себя вести, будто у тебя шило в одном месте? - Ромео фыркнул и насупился, когда разговор про его возлюбленную продолжился.
- Знаешь, Меркуцио, ты меня в чем-то даже пугаешь сейчас, - однако хмурость тут же покинула его лицо. - Ты говоришь почти те же вещи, что и брат Лоренцо, когда я прихожу к нему на исповедь. Он уже обвинял меня в ветрености и непостоянстве, - откинув голову назад, юноша посмотрел куда-то в небо и чуть заметно улыбнулся. - Я не дурю им голову, Меркуцио. И моя любовь каждый раз кажется настоящей. И... это не самое приятное ощущение, когда то, что пылало в груди, так же неожиданно гаснет. И ты чувствуешь себя каким-то пустым. Хотя, что я тебе все это объясняю?
Услышав этот заговорщический шепот, Монтекки громко фыркнул и толкнув друга в грудь, отстранил его от себя.
- Шутки шутками, но мне не особо приятно было бы узнать, что ты спишь с парнями. А тем более с моим слугой, - как это объяснить он и сам не знал. Только передергивало от одной мысли застать где-нибудь Меркуцио да вот хоть с тем же своим слугой.
- И никто об этом не говорил. Я исхожу из этого, зная тебя. А зная тебя и твою тягу к разного рода авантюрам... В общем, давай не будем об этом. И вообще, твоя личная жизнь, это твоя личная жизнь и ты вправе выбирать себе тех любовников, которых тебе захочется, - мотнул головой, он постарался отвлечься от этих мыслей.
- А на счет грехов... - на губах в этот момент появилась легкая усмешка. - Ты же знаешь этот город. Здесь половина слухов - это чье-то воображение, сорвавшееся с языка и теперь летающее по всему городе. А потому и сейчас так. Простой люд очень впечатлительный.

0

38

- Потому что ты такой на самом деле. Ветреный. Витаешь где-то в облаках, спотыкаешься иной раз об одну или другую синьорину, но в итоге ничего серьезного. И знаешь, что самое ужасное? Ты им разбиваешь сердца, а я этого не делаю, потому что не обещаю ничего, кроме плотских утех. Твои все чувства - минутная влюбленность, гормоны. Ничего серьезного! Ведь до сих пор все заканчивается же одинаково, - серьезно уже произнес Меркуцио, но потом хмыкнул. - Знаешь, я только попрошу тебя никому не рассказывать, что иной раз я умею говорить серьезно, а не только шутки шутить. Не хочу портить тот образ, который сложился в глазах окружающих, - рыжий посмотрел на друга, а потом легко пожал плечами.
"Значит, он ничего не знает. Хорошо, это очень хорошо, право. Не могли же мы с Валенцио быть столь неосторожными, чтобы нас кто-то увидел из моих друзей... нет, это невозможно".
- Что, тебя бы это задело? Хах, да не нервничай ты так! Не сплю я с Балтазаром, сказал же, что синьорин предпочитаю! Да и несмотря на миловидность твоего слуги, но это претит моему чувству собственного достоинства. Вы только подумайте! Возлежать с мужчиной! Нет, брат, я на такое не пойду. Уж точно не в этой жизни, когда меня окружает столько прелестных девушек, - он хлопнул друга несильно по плечу. - И даже несмотря на мою тягу к разным авантюрам, я не стану портить свою репутацию таким грязным делом, как содомия. Нет уж, синьор, это не про меня. Я больше поверю в то, что ты однажды увлечешься каким-нибудь мальчишкой со своей ветреностью, но никак не я.
"Складно вру, да только выхода другого нету, если уж мои друзья не готовы услышать о том, что я могу спать с кем-то своего пола. Более того, их просто убьет известие о том, что мой любовник некто иной, как Валенцио - брат несносного Тибальта. Вот удивительное дело! Валенцио не лезет в драку без повода, я вообще видел лишь однажды то, как он обнажил свою шпагу. А Тибальт постоянно хватается за эфес и рвется в бой".
- О да, этот город - уникум. Один сказал, другие подхватили, а под конец все обросло такими подробностями, что просто жуть! Вот скажи кто-нибудь, что я спал с мужчиной, так другие тут же придумают о том, что это все от несчастной любви, а потом еще припишут связь с Тибальтом, мол, потому и сцепляемся постоянно при встречах! - рыжий звонко рассмеялся, а потом снова обнял друга за плечи. - Страшно, правда? А потом узнаешь всякие страсти про себя от третьих или десятых лиц, которые любят иной раз поперемывать косточки другим.

0

39

Ромео перевел взгляд на друга и прикусил губу. Да, как маленький ребенок, но иначе не получилось. Эти слова его задели и очень сильно.
"Вот, значит, какого ты мнения обо мне, друг мой? Что я такой подлец, который разбивает дамам сердца и уходит? Ну, уж извини, что для меня каждая моя влюбленность кажется чем-то серьезным. И ничем я дамам голову не забиваю. Не говорю им никаких слов, чтобы они решили, будто я влюблен и не обманываю на счет своих чувств. Купидон так жесток, что или пронзает сердце леди, а мое оставляет равнодушным, или наоборот. А ты говоришь, что я здесь виноват во всем. Конечно! Все, кто живет не так как синьор Меркуцио, в корне не правы в этой жизни..."
Отодвинувшись, он осторожно скинул руку Меркуцио со своего плеча.
- Как скажешь, Меркуцио, - проговорил юный Монтекки, чуть заметно усмехнувшись.
Противное ощущение. Как же сильно хотелось сегодня снова увидеться с другом и, как и прежде поговорить с ним и... И что? И вот результат. Ему читают морали в том, что он живет неправильно.
- Ведешь себя, как моя матушка. Тоже решил меня, неразумного, жизни поучить. Сам-то ни намного старше меня, чтобы говорить о гормонах и прочем.
"Черт... противно-то как..." - Ромео опустил голову, и челка снова закрыла ему глаза. От всего этого было так горько в груди, что нельзя было передать словами. И больше не из-за тех слов, которые наговорил Меркуцио, а от осознания того, что друг совершенно не хочет ни слушать, ни пытаться понять его. Будто навесил на него уже какие-то свои представления о человеке и не хочет думать, что все может быть совсем по-другому.
"Верона... Да что же за паршивый город?.."

Отредактировано Ромео Монтекки (2013-04-19 02:50:59)

0

40

Дальнейшая реакция заставили улыбку пропасть с губ Меркуцио, более того, он еще и нахмурился, что вообще было редким явлением в присутствии друзей.
- И чего обижаешься, а, друг мой? Я-то свои гормоны не выдаю за влюбленность. А ты именно это и делаешь. Еще скажи, что это не так. Сколько у тебя их было? Ну же, посчитай со мной: Лукреция, Амелия, Лавиния, о, Лавиния я помню! - рыжий усмехнулся. - И твое: "О, Меркуцио, я снова влюбился и окрылен", а после того, как затащил ее в постель, то потерял где-то в штанах свою влюбленность. Так, кто там дальше? - несмотря на то, что с виду можно было сказать, что Меркуцио никогда никого не слушает, он знал все о связях друзей с девушками. Ну, так получалось потому, что он их все же слушал. - Катарина, Николетта, Оливия... нет, я даже всех не упомню! И каждый раз ты свято клялся в своей любви к ним. Так же ,как сейчас вздыхаешь о Розалине. Я могу поспорить даже, что история снова повторилась бы, если бы она согласилась бы на близость с тобой. День, другой - и Ромео унес попутный ветер из постели горе-возлюбленной. А у Оливия грудь помнится красивая такая... пару раз видел после ее, но отработанный материал друзьями - не мой профиль, а будь она девственницей, то я бы... - замечтавшись, он даже не сразу понял, что ушел от темы. Тряхнув головой, племянник герцога посмотрел на друга. - Увы, Ромео, но игру гормонов ты принимаешь за любовь, которой нету. Ну не может быть эта горе-любовь столь краткосрочной, которая заканчивается после одной-двух ночей! А еще меня после этого подлецом называют. Я-то не говорю ни одной из них о своих чувствах. Их просто нет! А желание всунуть кое-что кое-куда - это вполне нормальное желание! - поднявшись, рыжий чуть поморщился, а потом встал напротив друга, смотря на него. - Так что, Ромео... - он развел руки в сторону, а потом шутливо поклонился. - Сам оценивай свою ситуация и попробуй хоть раз в жизни это сделать трезво, а не витая где-то в облаках.
"Он со своей любовью нелепой совсем уже свихнулся. В каждой третьей юбке ее видит. И ведь смешно же даже! Будто не помнит, как каждой из них в любви признавался, а потом через несколько дней после близости бросал, сбегая. И он мне еще что-то будет говорить о любви! Хах, да будто больше моего он знает! Признался бы уже давно, что так же думает тем, что ниже пояса. Куда честнее это вышло бы, чем то, что он делает с каждой несчастной, разбивая им сердца".
- Все, полно, не хочу говорить больше о твоих женщинах! И включая твою матушку, которая при виде меня сразу переходит на такие высокие ноты, что в ушах после звенит. Давай лучше скажи, чем собираешься вечером заняться, и сможем ли мы с твоим братцем лицезреть твою милую мордашку в нашем обществе. А то уже давно был тот раз, когда втроем мы собирались.
"Да и последний раз закончился весьма забавно: Ромео напился и пытался петь серенады под окном собственным. И как мы его только с Бенволио дотащили до комнаты? Одному Богу известно, но больше напиваться с ним не буду".

0

41

У юного Монтекки даже дыхание перехватило от всей этой тирады. О чем речь? Да что он вообще об этом знает?!
- Я и не просил тебя разговаривать о моих женщинах. Ты первый завел эту тему. А тем более... - тут он осекся и посмотрел в сторону. - Ладно, не важно.
Такой разговор мог плохо кончиться. Особенно потому, что оказался крайне неприятным. Поднявшись со своего места, Ромео как-то задумчиво поправил рукав, в котором когда-то был платок.
"Может, стоило еще взять? Хотя... в последнее время я не участвую в их стычках, поэтому и этот предмет мне уже не особо-то и нужен".
"Ничего ты не понимаешь, Меркуцио. Но, пусть так. Может время покажет, кто из нас был прав. А на счет всех связей... Может... впрочем, не важно. Не хочу об этом думать. И говорить тоже. А то мы точно с ним поругаемся. А мне этого очень сильно не хочется".
- Даже не знаю, - наследник Монтекки задумчиво постучал указательным пальцем по губам. - Может и составлю компанию, если вам обоим еще не надоело лицезреть меня и слушать мое нытье по поводу очередной подружки, - последнее он проговорил с каким-то ехидством, которое пусть и очень редко, но проскальзывало в его речах. - А вообще, могу предложить тебе прогуляться со мной к усадьбе Монтекки, и узнать, как там наш общий друг и не решил ли уже вернуться к активной жизни.
"Мир совсем изменился и мне это не нравится. Или это мы изменились? Только и это не особо весело... черт... Бенволио сегодня был какой-то очень задумчивый. И вообще было странно видеть его дома в такое время. Да еще и таким замороченным. Я не знаю, что тому причиной, но..." - Ромео запустил пальцы в светлые пряди и откинул челку назад.
- Я в любом случае хотел туда зайти, - впрочем, после слов о том, что леди Монтекки Меркуцио не горит желанием увидеть, юноша не стал озвучивать, что нужно бы показаться матери на глаза, а то она точно организует отряд поиска потерянного наследника Монтекки.
"Да куда я денусь-то? Но нехорошо... я уже несколько дней избегаю разговора с ней. Только, если я явлюсь с Меркуцио, то разговор не долгим получится. Впрочем... может так даже лучше?"

0

42

- Ты стал скучным, друг мой. Иной раз с тобой не о чем даже говорить, кроме как о неудачных твоих попытках любить, - рыжий развел руки в стороны, а потом покачал неодобрительно головой. - Нет уж, уволь от рассказов о своей неудачной любви к Капулетти, а то еще нарвешься на драку с другими Монтекки, если они услышат это. Не забывай о том, что ваши семья враждуют, - Меркуцио покачал головой. - Ты же знаешь, что нет места в городе, где бы кто-нибудь не подслушивал, а потому мы рискуем, ведя дискуссию здесь, но мне идти куда-то совсем не хочется, - он посмотрел на своего друга, а потом хмыкнул.
"Он неисправим. Грезит о чем-то, даже не задумываясь о весьма печальных последствиях. Впрочем, а я-то думаю? Валенцио, Валенцио, Валенцио... я с ним теряю каждый раз голову и каждый раз... право, каждый раз это все становится намного опаснее. Но разве можно отказаться от такого удовольствия? Разве могу прекратить то, что заставляет чувствовать себя живым? Ах, мой друг, ты ведь совсем ничего не знаешь, а судишь меня так, словно я никогда не испытывал чего-то большего, чем желание плоти. Я не говорю о любви к Валенцио, нет, но он мне симпатичен и это сложно отрицать. Еще ни с кем я не шел на такой риск".
- Пожалуй, я откажусь от твоего предложения пройтись до вашего с Бенволио дома. Ты же знаешь, что твои родители меня не любят и никогда не рады моему явлению в твоей жизни. Лучше уж вы ко мне приходите после, когда Бенволио проснется, - племянник герцога сам неожиданно притянул Ромео и обнял его. - Не обижайся, друг мой, и не думай, что я черствый, но любому будет больно видеть то, как друг терзается снова и снова из-за несчастной любви... тебе бы жениться и выкинуть всю эту дурь, - несильно похлопав его по плечу, Меркуцио легко отстранился и усмехнулся. - Что ж, думаю мне стоит сходить тоже домой и сделать вид, что я не такой уж и паршивец, а то потом дядя опять будет неделю нотации читать на тему: "Я его родственник и должен вести себя соответствующе", а это так скучно, Ромео. Хотя ты-то меня должен прекрасно понимать. Что ж... вернемся к фонтану попрощаться с другими или же сразу разбежимся кто куда? Я бы предпочел второй вариант, потому что валюсь с ног, а еще нужно выдержать разговор с герцогом Веронским, - он даже постарался изобразить своего дражайшего дядю, но потом бросил это неблагородное дело.
"Ну а пока стоит подумать о том, какое еще оправдание придумать. Не думаю, что дядя поверит в то, что я не нарочно вывел Валентина из себя".

0

43

"Как неприятно слышать это от тебя, друг мой..." - Ромео с тоской посмотрел на друга, но ничего не ответил на его реплику. То, что Меркуцио откажется идти с ним, он тоже догадывался, и это так же не особо обрадовало.
- А ты пробовал о чем-то еще со мной говорить, кроме как о женщинах? Хотя... да, ты же скажешь, что я все равно переведу тему на свою несчастную любовь, - юноша горько усмехнулся, и уже собирался было уходить, когда рыжий так неожиданно его обнял. А его слова окончательно поставили Ромео в ступор.
"Заботится он обо мне… Вот все вы так говорите. Будто я маленький ребенок, который еще не понимает ничего. Может это и так, но мне хотелось бы самому что-то решать в своей жизни. В том числе и о том, пора мне жениться или нет…"
- Ну вот теперь точно, как матушка... - приглушенно проговорил он и тихо усмехнулся, все же обняв Меркуцио в ответ и уткнувшись ему в плечо, - только не нужно этого... - тут же отстраняясь. - Спасибо, друг мой, но я как-нибудь разберусь сам...
- Ты называешь скучным то, что я собираюсь пойти домой? А сам тоже собираешься сделать то же самое, - Монтекки усмехнулся, посмотрев куда-то в сторону. - А, и тем более, если ты устал. Ладно, Меркуцио, еще увидимся, - махнув на прощание, юный Монтекки поспешил покинуть это место. Как-то гадко было на душе. Просто гадко и все.
"Мы и раньше с Меркуцио разговаривали постоянными подколками, но сейчас это почему-то показалось именно неприятным. Будто его колкости, наконец, достигли цели..." - хотелось скорее забыть об этом разговоре. А еще лучше, чтобы его не было вообще. Только вот с этим была проблема... Потому Ромео поспешил домой. Сегодня предстоял еще один важный разговор.

===> Поместье Монтекки, Комната леди Монтекки

0

44

- Ну, если бы ты не сводил все к одной теме, то я бы все-таки рискнул бы с тобой поговорить, но, увы и ах, Ромео, ты все равно все переводишь в эту тему, - произнес с усмешкой рыжий. Да, он заметил, что это задело друга, но ничего поделать не мог. Все же иногда стоило этому парню послушать правду, а не смотреть на мир вокруг в розовых очках, если так можно выразиться.
"Только не каждая правда приятна слуху, что уж тут говорить? И я его прекрасно понимаю, что ему неприятно слышать в свою сторону то, что он буквально маленький ребенок, который не может решать свои проблемы по взрослому".
- Беги-беги... а мне нужен просто отдых, - устало произнес Меркуцио, а потом махнул другу рукой, когда тот отвернулся и пошел прочь.
"Только я боюсь, что его жизнь ничему не учит, как бы это печально не звучало".
- Беги-беги! - уже громче произнес он, расхохотавшись, после чего легко повернулся и пошел в сторону поместья герцога, заложив руки за голову и насвистывая что-то.
"Если бы я влюбился... нет, Ромео, я бы все равно не стал бы таким, как ты. Мы слишком по-разному воспринимаем отношения. Даже если я влюблюсь, я не позволю какой-нибудь девушке разбить мое сердце. Нет уж!"
Усмехнувшись, он остановился и огляделся, понимая, что жара в ближайшее время спадать не собирается, а в черном костюме Меркуцио уже порядком запарился.
"Придется принять ванну, когда вернусь. А потом стоит поговорить с Эскалом и объясниться, чтобы смягчить потом наказание".

===> Поместье герцога Веронского, Комната Меркуцио

0

45

Река Адидже, Побережье ===>

"Если я буду появляться здесь так редко, то скоро вообще забуду, как сюда идти. А это будет совсем нехорошо..." - к счастью все на этот раз обошлось. Хотя Ромео и шел к нужному месту немного дольше, чем хотел. Правда на это была другая причина. Монтекки просто не хотел спешить. Он прогуливался по знакомым улицам, снова вспоминая о том, что было, когда гулял по ним с друзьями. Воспоминания были хорошие и не очень, но было приятно снова окунуться в них.
"Только это уже становится чем-то таким, не знаю, как сказать. В общем, я слишком часто или предаюсь мечтаниям или вспоминаю что-то такое. Глупости, в общем. Если так подумать, то я в большей опасности, чем синьорина Эмили. Мало ли куда меня может занести так? А тем более, я не простой веронец, а сын злейшего врага Капулетти. Что будет, если я наткнусь так на Тибальта или еще кого-то из их семьи, кто меня не особенно жалует?" - уже на площади юный Монтекки устроился на бортике фонтана и, откинувшись так, чтобы держаться за бортик и не упасть в воду, стал наблюдать за тем, как струи воды падают вниз.
"Мне всегда нравилось это зрелище. Особенно, когда у меня получалось полюбоваться им и не бояться, что кто-то меня окунет в воду с головой", - впрочем, сейчас, когда он так давно не видел своих друзей, ему и это было бы в радость. И юный Монтекки готов был пойти на любую авантюру, лишь бы снова увидеть их.
"Хоть стычку, хоть какое-то не самое безопасное дело, но только снова их увидеть..." - никогда бы раньше юный наследник не стал бы думать так. Но только не теперь, когда чувствовал себя одиноким как никогда.
"Я даже готов согласиться с тем, что я дурень, что нужно не так относиться к синьоринам и..." - он низко опустил голову и теперь смотрел на свое отражение в воде в фонтане. Как же Монтекки хотелось, чтобы хоть кто-то из них появился здесь, и все стало как раньше. Да только площадь была непривычно пустынной, будто вся молодежь Вероны куда-то пропала. Или же выбрала себе другое место для встреч.
"Но я о нем не знаю, потому что совсем забыл приходить на подобные собрания. Как же противно с самого себя. Дурак ты, Ромео, и друзья твои были правы, называя тебя беспечным идиотом", - пока же только и оставалось, что тихо хмыкнуть и надеяться, что по какой-то прихоти судьбы хоть одно из его желаний сбудется.

0

46

Злачные места Вероны, Трактир ===>

- Да сам черт не заставит кого-то из вас заговорить первым! - усмехнулся слуга Монтекки, подбирая разбросанную одежду и несколько лениво натягивая ее на себя. – Поэтому, если вы оба станете молчать, как воды в рот набравшие, я на слова не поскуплюсь, уж поверь мне.
Веселый тон Гальяно немного не соответствовал его медленным и размеренным движениям. То ли приятная расслабленность все еще не отпускала его, то ли он до сих пор не был уверен в правильности своих действий сейчас. Но задуматься об этом ему не дали, окликнув.
«Конечно…»
Не болтать об этой встрече – условие само собой разумеющееся, но напоминание о нем как-то неприятно садануло душу. Что-то, все-таки, было в этом кроме простой случайности: вся та нежность и такая поразительная откровенность, каких прежде не наблюдалось за вечно веселым племянником герцога, заставляли смотреть иначе на эту близость. А впрочем, если бы не собственные чувства Балтазара, он, не задумываясь, списал бы это на количество вина, выпитого Меркуцио, не говоря уж о том, что и вовсе не позволил бы себе вольностей, приведших их обоих к таким растрепанным мыслям. Но думать обо всех странностях этого утра Гальяно не хотел до ломоты в костях, а потому он молча выслушал все доводы Меркуцио, которые прежде повторял сам себе бесчисленное количество раз, и только кивнул делла Скала в знак согласия, улыбаясь.
В идеале ему бы хотелось просто пролежать рядом с Меркуцио остаток дня, но вряд ли это помогло бы должным образом развеяться, а в этом он точно нуждался сейчас куда больше, чем в отдыхе. К тому же в голове родственника герцога до сих пор было достаточно хмеля, а если он планировал сегодня появиться на балу Капулетти, то ему явно стоило проветриться. Да и Балтазар, признаться, надеялся на то, что когда делла Скала хоть немного протрезвеет, он просто передумает туда идти. Вернее, надеялся до того, как узнал, что именно влечет его на этот праздник.
«Возможность урвать встречу с Тибальтом, да? Вдали от тех, кто осудит и от тех, кто посчитает свое доверие обманутым».
В каком-то смысле Балтазар не мог этого не понять. Если забыть обо всех личных привязанностях и обратить на мгновенье обязательства в пустышки, стремление быть рядом с тем, кто приятен тебе, но неприятен всем остальным, говорить с ним, потому что хочется именно его общения – что может быть проще и понятнее, чем это незатейливое желание? И таковым бы оно и оставалось, не будь на месте объекта этого странного интереса Меркуцио именно Тибальт Моретти.
«Слишком серьезно все воспринимаю, говоришь? А, по-моему, это ты не все оцениваешь трезво…»
Едва заметно качнув головой, Балтазар продолжил одеваться.
Приведя себя в порядок, Гальяно взъерошил свои волосы и окинул взглядом Меркуцио. Рыжий вихрь на голове был порядком смят, а глаза – поддернуты дымкой опьянения, все никак не желавшего улетучиться из разума старшего племянника герцога. Однако кроме этого он выглядел куда лучше, чем мог бы и вполне походил на традиционный вид Меркуцио делла Скала, ведущего самый разгульный образ жизни. Только удержаться от одного штриха слуга Монтекки все равно не смог: поймав друга за руку у самой двери, Балтазар развернул делла Скала к себе и запахнул его рубашку почти до самого горла, покрепче заткнув ее полы за пояс штанов.
- Я знаю, что у тебя каждый день бывает по десять синьорин, и Ромео, уверен, тоже, - объяснил Гальяно, - но лучше, чтобы у него просто не возникло никаких вопросов.
Стряхнув с плеч Меркуцио невидимую пыль, Балтазар снова развернул друга в сторону двери и вышел следом за ним.
Путь к реке, которым слуга Монтекки собирался отправиться на поиски своего хозяина не мог не пролегать через фонтан Веронской Мадонны. Проходя вверх по Виа Пелицца и время от времени поддерживая не всегда твердо держащегося на ногах Меркуцио, Балтазар снова почувствовал, как внутри колыхнулась надежда: а вдруг они там – оба синьора Монтекки, - как прежде задорны и веселы? Однако плутовка-судьба и в этот раз обманула беспечного Гальяно. Развеяв дымку иллюзий, она представила друзьям лишь одинокую фигуру склонившегося над фонтаном юноши. Уже успев на себя осерчать, Балтазар собрался повернуть было в сторону, как вдруг узнал в этом силуэте как раз того, кого искал, но вместе с тем и никак не ожидал встретить.
- Синьор Ромео! – через площадь крикнул Гальяно, привлекая внимание хозяина, а после негромко обратился к Меркуцио. – Смотри-ка, я даже немного ошибся: за ним не пришлось идти так далеко, он будто сам нас ждал здесь.
Махнув рукой, Балтазар подошел ближе к фонтану.

+1

47

Злачные места Вероны, Трактир ===>

В этом Балтазар действительно был прав: Меркуцио бы не заставили бы и под пытками говорить с другом, если бы он не извинился. Дело принципа, что уж тут говорить. Делла Скала просто действительно устал каждый раз первым делать эти шаги для примирения.
- Если ты начнешь ругаться, то я найду способ заткнуть тебя, причем весьма приятный для меня, - лукаво проговорил рыжеволосый. Конечно, целовать слугу Монтекки при друге было бы не лучшей идеей, ну, а если сделать это ради забавы, чтобы посмотреть на то, как исказится лицо Ромео при виде такой картины? Ведь Ромео такой чертовски правильный синьор, который сам в жизни никогда не делал странных и сомнительных вещей!
Впрочем, связь с мужчиной для Меркуцио уже прекратила носить статус странного и неправильного, о, нет, он примерно год назад стал воспринимать сие, как вполне естественное дело.
- Так что, синьор Гальяно, будьте осторожны в своем желании высказать все, что думаете о своих друзьях, - все эти игривые угрозы, этот тон... что ж, надо признать, но Балтазар действительно помог племяннику герцога хотя бы ненадолго отвлечься от всего того безумия в голове, которое творилось в последнее время там.
"Хотя это было бы крайне забавно, право! А если бы такое еще увидел и Бенволио..." - представляя в красках то, что будет с друзьями, делла Скала чуть было не расхохотался. От оного благородного дела его отвлек сам же слуга, который столь нахально остановил у двери, развернул и стал застегивать ему рубашку.
- Ну и зануда же ты, Балтазар. А я бы ему рассказал, как одна синьорина была столь страстной ночью, что наградила меня таким количеством украшений на теле... или ты ревнуешь? - наиграно-удивленно проговорил рыжеволосый паяц. И хоть он продолжал шутить сейчас, в действительности же он был благодарен своему другу, который решил позаботиться о таких мелочах. Меньше вопросов - меньше проблем после с объяснениями и разъяснениями.
И вот в итоге они все-таки покинули этот трактир, оставляя в его стенах небольшую тайну, о которой никому бы и никогда не стоило знать. Просто лишь потому, что нельзя портить свою драгоценную репутацию (хотя, надо признаться честно, он ее давно уже подпортил и сам этого не знал).
Конечно, идти племяннику герцога ровно или хотя бы прекратить спотыкаться, оказалось гораздо сложнее, чем он мог предположить, когда расхаживал по той небольшой комнатке. Возможно, сказывался последний стакан вина, который он столь резво поглотил перед выходом и который явно был лишним. Как назло вспомнились слова Валенцио, который не один раз упрекал паяца в том, что он абсолютно не умел пить. К сожалению, так оно и было: Меркуцио действительно пил больше, чем следовало бы, а потом страдал от собственной ошибки. Но самое ужасное то, что сие повторялось из раза к разу и жизнь его, увы и ах, ничему явно не учила. Благо, что теперь хоть промывание не приходилось терпеть, ибо только один нахал его единожды и делал.
В очередной раз споткнувшись, делла Скала буквально повис на своем друге, хохотнув.
- Право, друг мой, а может ну его? Ну, на кой черт нам искать этого зануду, который обязательно начнет пытаться учить меня жизни и отчитывать, что уже с утра я пьян. Нет, право, будто сам он никогда не пил с утра, спасаясь от плохого настроения. Ты ведь тоже иногда так делаешь, да? Когда есть возможность, - Меркуцио просто не мог замолчать сейчас, зацепившись за мысль о том, что удастся избежать вечно хмурой рожи друга, которая бы явно отравила бы ему настроение, так старательно поднятое Гальяно.
Когда слуга Монтекки заприметил своего хозяина и окликнул, рыжеволосый сокрушенно выдохнул, понимая то, что теперь деваться некуда.
- О, синьор Гальяно, лучше бы мы остались в комнате и занялись более приятным делом... или Вам не понравилось, мой друг? - в голосе прозвучали нотки легкого разочарование в духе того, словно его только что оскорбили в лучших чувствах.
Чем ближе они подходили к фонтану, тем медленней ступал племянник герцога, нарочно оттягивая момент. Он бы с удовольствием бы сейчас развернулся и поспешил в любой из переулков, лишь бы избежать общения, но теперь уже было поздно сие делать.
Уже когда до фонтана оставалось метров пять, Меркуцио все-таки прекратил висеть на Гальяно и даже заставил себя распрямиться, тряхнув рыжей гривой. Взгляд упал на сидящего Ромео, который снова витал в других местах.
Так как он обещал, что первым не заговорит с наследником Монтекки, делла Скала немилостиво пихнул друга в бок и фыркнул, мол, прошу тебя и говорить первым.
"А если этот вечный романтик и сказочник не извинится, то плевать мне хотелось на всякое приличие. Точно уйду. И хорошо, если в фонтан головой не окуну этого... - приличных эпитетов разум решил не подкидывать, а неприличные даже мысленно не оказались озвучены. - Главное - не утопить ненароком".
При таких размышлениях на его губах появилась странная улыбочка. Остановившись теперь уже напротив Ромео, рыжеволосый нагло оперся на Балтазара, делая вид, что так и надо и он вовсе не наглеет.

0

48

Кажется, юный Монтекки совсем погрузился в свои мысли и перестал замечать что-то вокруг. Только собственные терзания и, пожалуй, тихий шум воды. Ромео даже не сразу понял, что услышал, как его зовет кто-то рядом.
- Кто это может быть? - нет, голос он узнал. Балтазар - его слуга. Вот только, этот самый слуга в последнее время подозрительно редко попадался ему на глаза.
"А потом я еще удивляюсь, что Бенволио возмущался по этому поводу. Говорил, что его уже нужно гнать прочь, потому что этот синьор не выполняет свои обязанности. Вроде как, чего это он прохлаждается без дела. Точнее, не нравится, что самому Бенволио приходится выполнять обязанности моего слуги, ведь именно слуга, а не мой братец должен знать, где я и чем занимаюсь. Но я что ли его заставляю? Это матушка вечно пристает к моему другу с подобными вопросами. А мне, так задуматься, и слуга особо не нужен. Но нет. Не положено синьору Монтекки ходить без слуги. Но хожу же..." - продолжая размышлять об этом, юноша отвел взгляд от поверхности воды и повернулся на голос.
Должно быть, в такие моменты стоило задуматься о том, что мысли могут действительно стать материальными. Вот только наследник Монтекки столь сильно хотел увидеть своих друзей, как... да, обернувшись, увидел одного из них. Хотя, окликнувший его голос и не был голосом Меркуцио, но ведь именно этого своего друга юноша так хотел сейчас увидеть.
Светлые глаза Ромео распахнулись еще шире, и казалось, даже воздух из легких куда-то пропал.
"Меркуцио..." - сейчас явление друга на площади было сравнимо с появлением призрака или кого-то из прошлой жизни. Только этот самый "призрак" все так же недовольно смотрел на своего давнего друга и явно не собирался с ним заговаривать.
"Да... мы поругались, и я так и не видел его с тех пор. А зная Меркуцио, уверен, что он успел за это время многое себе придумать, и считает меня предателем и..." – а значит, что, скорее всего, вообще не захочет с ним говорить. Чем больше он об этом рассуждал, тем все более безрадостными становились мысли, и тоска сильнее грызла все внутри.
"Так в чем же дело, Ромео? Разве ты не хотел извиниться?" – в этот момент наследник семьи Монтекки одернул сам себя. И правда. Разве не об этом он сейчас думал? Разве не просил судьбу привести сюда кого-то из друзей, чтобы извиниться перед ними за свою же глупость и беспечность?
- Меркуцио... - будто во сне, Монтекки спустился с бортика и сделал шаг навстречу. Потом еще один и чуть ли не сломя голову кинулся к рыжему. Сейчас не имело значения ни то, что друг чуть ли не виснет на Балтазаре, да и сам не особо трезвый. Все это было неважно. Важно было только то, что племянник герцога был здесь, а значит, можно было, наконец, сделать то, о чем Монтекки думал все утро.
- Меркуцио, прости меня! - каким-то чудом отодвинув слугу, а не отпихнув прочь, Ромео чуть ли не сгреб друга в объятия, уткнувшись ему куда-то в грудь. - Я дурак... и бестолочь... ты был прав... и та ссора... в ней только я виноват. Прости меня... - сбивчиво зашептал он, крепче сцепив руки у Меркуцио за спиной, боясь, что рыжий сейчас вырвется и убежит, так и не выслушав его извинения.
"Только дай мне шанс, умоляю. Один шанс и я сделаю все возможное, чтобы исправиться..." - зажмурившись, юноша сильнее вжался в друга.

0

49

И вот уже минул месяц, как Бенволио видел своих друзей одновременно. Он одновременно и скучал по пропавшему приятелю, и злился на него, догадываясь, куда и с кем он делся. По крайней мере, наблюдательному человеку не трудно сопоставить факты, которыми перекидывается прислуга. Меркуцио покинул город, Ромео бродил в своих мечтах, а Бенволио откровенно не знал чем занять себя кроме перебранок с синьорой Монтекки. Последняя цеплялась к блондину, как злобная собака к чужим штанам, и явно не считала его отстранение от брата хорошим поступком.
Но что блондин мог сделать!? Его многострадальный родственник бродил по городу подобно тени, и уж точно не Бенволио было лечить его от страданий души. Всё равно тут, по мнению блондина не слишком смыслящего в этих вещах, поможет только время и, порой, крепкое вино.
Сам же Бенволио первую неделю проматывал жизнь, гулял и напивался всласть, за что был чуть не отлучен от дома. Потом он чуть притух, заскучал, и поневоле стал прислушиваться к фразам Сандры. А с чем-то, подумав, даже согласился, хотя и продолжал шутливо отбрехиваться, кляня на чем свет стоит тот день, когда синьора Монтекки выбрала его в личные няньки Ромео.
А еще неделю он провалялся дома, читая книги. Его самого удивило собственное стремление к библиотеке, и только потом он сообразил, что читает больше про политику и философию. Скука творила чудеса – очеловечивала его до безобразия, потому под конец недели он решил выбраться из дома. Потому что серьезные мысли мыслями, но иногда надо от них отдыхать, развеиваться. И просеивать новые знания сквозь сито бытовой жизни.
Утро выдалось приятным, компании, однако, не было. Поймав одного из слуг, Бенволио менторским тоном спросил сперва Балтазара, потом уже Ромео, и тогда услышал что ни первого, ни второго дома нет.
«Вот и замечательно, значит, пора отправляться на поиски! Может, и Меркуцио я встречу по дороге, давно я не говорил со своим поцелованным солнцем приятелем», - Бенволио слышал, что тот вернулся в город еще неделю назад, но так как сам хандрил, то и скрывался. Он не желал доводить до ссоры и без того, по слухам, опечаленного чем-то друга.
Оправившись и в очередной раз устроив на своей голове безумный взрыв, Монтекки покинул дом, решив начать поиск с фонтана. Вдруг кто-то из друзей отправился туда? А если нет, то всегда найдется зевака, который что-то и где-то слышал. Слухами же, как известно, земля полнится.
И верно, на площади Бенволио застал картину, радующую глаз.
- Друзья мои! – он сразу же среагировал на неё и громогласно поприветствовал собравшихся, ринувшись к ним. – Неужели глаза меня не обманули, и вы оба здесь? Вместе? Рядом?
Он широко улыбается, кивает Балтазару:
- Синьор Гальяно, салют, давно не виделись! – он даже изображает что-то вроде поклона, рассматривает ближе Меркуцио и обнаруживает его безбожно пьяным. – Ромео, поди прочь, твою-то рожу я нет-нет да видел, а вот по тебе, Меркуцио, соскучился!
Блондин сияет, наличие двух друзей рядом временно отгоняет из его мыслей дурную хмарь, они вместе – и хотя бы сегодня стоит как следует повеселятся.
- А если кто-то из вас скорчит кислую морду или вспомнит о феях, то я точно окуну его в фонтан! – Бенволио бьет Ромео локтем под бок и улыбается Меркуцио. Но он не шутит – идея отправить в фонтан кого угодно не оставляет его с момента появления на жаркой площади.

0

50

Балтазар только усмехнулся на все эти шутливые угрозы. Вино как способ изменить настроение в лучшую сторону действовало вполне неплохо, равно, впрочем, и как способ убить его окончательно. В основном лишь потому, что оно даровало возможность этому самому настроению варьировать с умопомрачительной скоростью из-за любых мелочей. Пока всему произошедшему удавалось сыграть на духе племянника герцога исключительно положительно, и, во избежание бури, стоило следить за тем, чтобы в том же роде оно и продолжалось. Поэтому, вместо всего, что он мог или хотел бы ответить Меркуцио, Гальяно лишь ухмылялся, бросая нейтральные ничего не означающие реплики, и лишь только одна фраза, произнесенная делла Скала, когда они уже практически вышли на площадь, пусть и не несла, звуча со стороны, какого-нибудь особенного смысла, все-таки задела слугу Монтекки сильнее остальных и заставила его задуматься перед тем, как снова отмахнуться.
«Не понравилось… С кем-то другим – могло, но не с тобой».
И вместо того, чтобы совершить оплошность, Балтазар только хитро улыбнулся:
- Нет уж, синьор. Если я взялся примирить вас с Ромео, значит – так тому и быть. И не уйдем мы отсюда, пока вы оба не поймете, что глупо было вот так бегать друг от друга.
Хотя Балтазар не сомневался, что они уже и без того давно поняли эту простую истину. Из всего, что говорил Меркуцио в трактире, Гальяно не выловил ничего хоть сколько-нибудь серьезного, что могло бы привести к такой продолжительной размолвке, а потому надеялся, что при встрече с Ромео все пройдет гладко.
И в целом он не ошибся. Конечно, поначалу племянник герцога принял позу неприступной статуи, всем своим видом давая понять, что рта открывать не намерен, наследника Монтекки это, похоже, нисколько не смутило. Более того, казалось, он и не ждал, что делла Скала заговорит первым, а, напротив, едва опомнившись, сам принялся просить прощения.
Балтазар посторонился, лишая друга опоры и тем самым буквально передавая его в руки подоспевшего Ромео. Оценивающий взгляд слуги Монтекки скользнул по этим пламенным объятиям, вызывая на губах усмешку, что, впрочем, быстро сменилась довольной улыбкой. В конце концов, разве не этого он хотел, когда потащил Меркуцио прочь из трактира на поиски Ромео? Хорошо, положим, не этого. Главной целью Гальяно было отвлечь друга от странных и, судя по всему, неприятных мыслей, а еще слегка проветрить его не на шутку хмельную голову. Однако, встреча Меркуцио со старым другом, которого, как решил делла Скала, он почти потерял, была не просто хорошим поводом поднять племянника герцога с продавленной кровати, но действительно немаловажной вещью, которая просто должна была произойти. И разрешиться ей при этом было желательно благополучно, ибо Верона, как иногда казалось, держалась на этом трио, как Земля на трех слонах – по представлению древних. Для полноты картины не хватало лишь единственной фигуры, чей силуэт так и просился прямо к бортику фонтана так же довольно и чуть снисходительно наблюдающим за примирением лучших друзей. А впрочем, фигура эта, вовсе не абстрактная, а имеющая вполне реальный образ мужчины со светлыми волосами, всегда торчащими в разные стороны, и не заставила себя долго ждать.
Подняв голову на радостный оклик, Балтазар весело улыбнулся, провожая взглядом Бенволио, спешащего к друзьям у фонтана.
- Салют и Вам, синьор! – ответствовал слуга, учтиво склонив голову и отступая от Меркуцио и Ромео еще на шаг.
Похоже, время размолвки не прошло даром для трио веронцев. Однако, вместо того, чтобы пошатнуть его массив и запустить червя разлада в основание, оно только укрепило нежелание друзей терять такие отношения. Это было видно и по безрадостным речам Меркуцио, и по горячим извинениям Ромео, и по широкой улыбке Бенволио. Вот только еще немного времени им провести вместе, учудить что-нибудь, поставить весь город с ног на голову, чтобы наконец-то все снова встало на свои места. Будто и не было этого времени неприятного спокойствия, будоражащего нервы, будто не было странного признания Меркуцио, будто не было…
«Будто и самого Меркуцио рядом со мной не было», - взгляд скользнул по спине делла Скала, которого теперь сжимал Бенволио, но долго на месте не задержался.

+1

51

Конечно, он мог бы закатить глаза и что-нибудь сказать в своем стиле, но в итоге только икнул на слова Балтазара, криво ухмыляясь.
"Вот уж настырная морда! Примирить он нас решил... впрочем, стоит ему быть благодарным. Выносить меня пьяного столь долго - настоящий подвиг, право. И..." - кончиком язычка он обвел собственные губы и вздохнул с некоторым сожалением, что все-таки они не остались в комнате. Благо, что все эти размышления происходили в его голове буквально в считанные секунды, и он все же не стал оное озвучивать.
Прошли мгновения, которые показались целой вечностью прежде, чем Ромео их заметил и... вот уж такого приема делла Скала как-то не ожидал. Ему только и оставалось, что с трудом устоять на ногах, когда наследник Монтекки сгреб его в объятия, отняв прежнюю опору, а потом усмехнуться, покачав головой.
- Ромео, черт возьми, - уперев другу в плечи ладони так, чтобы отстранить его от себя настолько, чтобы можно было посмотреть на него, Меркуцио усмехнулся. - Задушишь же в объятиях. И я тебя рад видеть, - после он бросил взгляд в сторону отстранившегося Гальяно, который был так отстранен от объекта своего надзора. - Благодари Балтазара, это он меня вытащил сюда и не дал напиться сильнее, а то, - икнув, паяц выдохнул и зарылся пальцами левой руки в свои волосы, после откидывая голову немного назад. - А то валялся бы под столом в трактире... Черт с тобой, витающий в облаках романтик! Не зря тебя Ромео назвали, Ромео и романтика - похожие слова, да и вы ходите с оным рука об руку! - произнеся зачем-то эту тираду (если честно, то племянник герцога и сам не понял, зачем это сделал), рыжеволосый склонился к уху наследника. - Что ж вечно в ссоре быть с блаженным? - шепотом проговорив, Меркуцио привычно ухмыльнулся, снова надевая маску праздного веселья и делая вид, что все хорошо, что не было всех этих дней на грани нервного срыва. Хватит и того, что сегодня он открыл столь много синьору Гальяно. - Ромео, право, хватит, я рад, что ты извинился и мы можем все оставить в прошлом. Вот пусть оно там и остается, - в следующую секунду ему пришлось вцепиться в плечи Ромео, чтобы ненароком не свалиться, все же этого балагура качало взад-вперед после выпитого утром.
А дальше еще лучше. Может, Балтазар умел заглядывать в будущее? Иначе как объяснить то, что в это же утро на площадь пришел Бенволио, с которым он так же, как и с Ромео не виделся практически месяц. Долгое и одинокое время, больше похожее на ад. И, похоже, Судьба снова повернулась к нему своим лицом, а не задом.
- Бенволио, друг мой, брат мой! - с задором произнес делла Скала и сам порывисто обнял его, оставив в покое Ромео, точнее, отодвинув его немного в сторону. Впрочем, объятия не были долгими и паяц уже легко и непринужденно пересел на борт фонтана. - Конечно, окунуться в прохладную воду я не прочь, но после сами будете перед моей родней объяснять, а какого черта я снова в неподобающем виде... хотя мне все равно это скажут, - справляясь с икотой, которая решила его все-таки достать, паяц опустил голову так, чтобы после зарыться пальцы обеих рук в них и взъерошить, словно бы сие могло позволить вытряхнуть весь хмель из головы. Но нет, все еще находясь в этом плену у вина, он только и мог, что криво ухмыляться.
"В следующий раз попрошу отнять у меня стакан и не давать так надираться, как скотина. Право, дурные привычки столь легко перенимаются", - невольно воспоминания снова коснулись старшего Моретти, который за редким исключением не пил.
Жаркая погода не способствовала его протрезвлению, даже наоборот, казалось, что он хмелел сильнее, сидя под солнцем, которое пускай только и вступало в свою силу, но уже раскалилось в достаточной мере. С чего Меркуцио зацепился за слова о феях Бенволио - черт знает, но он просто не смог удержаться от соблазна подразнить друга.
- Синьор, чем это Вам не угодили феи?! Столь прелестные создания, что прячутся в лесах и под покровом ночи пускаются в безумной пляс, что с эльфами в союзе вершат свои нехитрые дела! Признавайтесь, синьор Бенволио, что имеете против милых и крылатых... фей? - и, выговорив все это фактически на одном дыхании, племянник герцога бросил взгляд в сторону Балтазара, который все отдалялся, словно решив сбежать. - Балтазар, представь себе, ему чем-то не угодили феи! - не то, что он действительно ждал ответа от Гальяно на эту реплику, скорее просто попытка удержать его сейчас и не позволить сбежать. Нет, не после того, как делла Скала решил, что именно в его компании будет сегодня ввязываться в сомнительные истории, даже если сейчас он встретил своих названных братьев.
Жестом он подозвал Балтазара и указал на борт фонтана, на котором сам благополучно восседал с надеждой на то, что не свалится в воду только от того, что его качало их стороны в сторону. Конечно, если он действительно хотел к вечеру прийти в чувства, то паяцу стоило бы проспаться, но как можно думать о сне, когда наконец-то кошмар окончился и он оказался снова рядом со своими дорогими друзьями, которых боялся, что уже потерял.

0

52

"Он сказал, что рад видеть? Мне не послышалось?" - если честно, несчастный Ромео уже и не ждал услышать эти слова. Может, он думал, что паяц все же оттолкнет его, или, что было бы еще хуже, проигнорирует его слова. Разве могло быть что-то хуже того, чтобы знать, что твои друзья просто не хотят тебя видеть? Потому, когда руки рыжего легли на плечи Монтекки, заставляя отстраниться, у бедного юноши все внутри похолодело. Но, услышав его слова, он просто не мог сдержать улыбки, и очень трудно было в порыве чувство не стиснуть объятия еще сильнее.
"Благодарить Балтазара?" - юноша повернулся к слуге, но вместо каких-то слов просто шире улыбнулся ему. Сейчас ему не хотелось думать вообще, нигде тот нашел его друга, ни при каких обстоятельствах, ни про те подозрения на счет спора, которые у Монтекки как-то были. Это уже не имело значения.
Когда же рядом послышался еще и голос Бенволио, тут уже ликованию Ромео не было предела. Он как ребенок готов был, чуть ли не прыгать от восторга, забыв о том, что наследник семьи Монтекки должен держать лицо. Хотя, какое еще "держать лицо" если случилось то, о чем он так давно мечтал? Пусть всего месяц, но, похоже, для каждого из них этот месяц был настоящей пыткой.
- Ну нет, Бенволио, я тоже самое могу и тебе сказать! Если тебя я еще как-то видел, то Меркуцио будто и вообще пропал из моей жизни. И ведь знаю, что я этому виной, потому и отпускать его так просто не хочу, да и... - хотя, когда брат присоединился к этим объятиям, то так было даже лучше. Как они все трое переместились к фонтану, наследник Монтекки и сам не заметил. Но вот уже там создалась совершенно привычная картина. Друзья так же сидели на бортике фонтана, толком не поняв, как оказались здесь так быстро. Но разве это имело значение?
Судя по тому, как Меркуцио не слабо качало из стороны в сторону, он уже в такое время был зверски пьян.
"Как же это он так умудрился уже с утра? Хотя разве на это нужно много умения? Или Балтазар этому поспособствовал?" - взгляд Ромео вернулся в сторону слуги. Может, конечно, Гальяно его где-то нашел, но может они пили вместе. Идти к тому и выяснять у Монтекки не было никакого желания. Поймав рыжего за рукав, юноша удержал его от очередного падения в фонтан. Возможно, это бы немного протрезвило того, но едва ли было бы чем-то очень приятным. Особенно если этот чудик умудрится удариться при этом головой обо что-нибудь.
- Иди сюда, братец! - поймав же подвернувшегося Бенволио за руку, юноша притянул его ближе, усаживая рядом с собой на бортик. - Вот что ты опять начал про фей? Никаких фей я уже не ловлю! И вообще, может я решил одуматься и перестать уже витать в облаках?
"Осталось только самого себя в этом убедить и, что было бы еще лучше, сделать так, чтобы всех других в этом убедить... в смысле, начать уже делать то, что нужно, а не то, что в голову пришло..." - чуть прикусив губу, он задумчиво окинул площадь взглядом. Так странно, столько раз они здесь сидели вот так, разговаривали ни о чем, или же Ромео слушал какие-то новые идеи, которые придумывали друзья для развлечений. Потом все изменилось, и случилась эта ужасная ссора, после которой они столько времени не виделись. И вот... они снова вместе. Как в былые времена.
"Да, мы все изменились, но разве это должно мешать нашей дружбе? Разве вообще что-то кроме дружбы имеет значение?" - он переводил взгляд с одного друга на другого и все боялся, что это окажется сном.
- Да и не будешь же ты меня прямо здесь в фонтан окунать, услышав про фей? - Ромео состроил совершенно невинную мордашку. Прекрасно же знал, что еще как может и проделывал подобное ни один раз. А потом еще приходилось объяснять синьоре Монтекки, почему ее ненаглядное чадо снова пришел домой весь мокрый, но при этом все равно безумно довольный.
"И после этого матушка говорила, чтобы я не общался с этими дурнями. После чего сама же постоянно выспрашивала у Бенволио, где я хожу. И даже то, что она сказала мне найти слугу, не отняло у моего друга этих обязанностей. Так же как и то, когда она пыталась подружить меня с кем-то другим. Нет, у меня есть только мои друзья... и только это мои друзья... никто другой мне не нужен..." - как же хорошо становилось после этих слов, что сложно высказать. Просто быть рядом, просто пустые разговоры. Но разве не это настоящее счастье?

0

53

Блондин успел еще раз приветливо кивнуть Балтазару, как минимум благодарный ему за то, что притащил сюда Меркуцио. Вряд ли рыжий дошел до них сам, в таком-то состоянии, так размышляет Монтекки, наблюдая за радостным выражением лица Ромео и за неровным шагом Меркуцио к борту фонтана. И всё же в сердце что-то ёкнуло лишь на мгновение, потом поток привычной болтовни унёс Бенволио от размышлений, а брат Ромео утянул к фонтану.
Впрочем, Бенволио не сиделось.
«И вот скажите, право, какого черта, синьоры, мы всё это время не общались?» - торжественно пронеслась мысль в голове, когда Монтекки вновь поднялся и скрестил руки на груди, разворачиваясь к друзьям лицом.
- Феи-феи-феи-феи, вам только дай тему для разговора, балаболы! – защитился он, но потом взмахнул пальцем перед носом у Меркуцио. – Но дело в том, любезный мой рыжий друг, что, разумеется, у меня есть претензии к феям! Подумай сам, кто еще мог подкинуть меня вам, экий подарок, ты не задумывался о том? Ведь недаром я Эспозито, явно брошенный в этот город кем-то свыше… И феи! Если бы они не покинули меня, - парень ткнул себя большим пальцем в грудь, - то я летал бы где-нибудь еще. Подумал ли ты об этом, Меркуцио, и ты спрашиваешь, есть ли у меня к ним претензии? Да я бы отходил любую из этих чертовок за одно то, что меня лишили крыльев!
Бенволио в шутку распалился, но тут же перевел взгляд на Ромео, который тоже выговорил о феях, за что был схвачен за грудки и поднят с борта.
- А вот тебе, летающий брат, я в жизни не поверю! Чтобы ты – да променял пушистое облако на земную твердь? Для этого должна земля сойти с оси, или у меня должен появиться нимб! Согласен ли ты, что я неплохо бы смотрелся с этой золотой штукой на голове и с крыльями?
Бенволио на минуту отпускает Ромео, чтобы замахать руками, изображая два крыла, но потом внезапно прищурился:
- И вот что я тебе скажу, Ромео! Ты снова произнес слово «феи», так окунись же, а то скажут, что Бенволио Монтекки не держит слово!
Он обхватывает брата руками, приподнимает над землей и вместе с ним оказывается на борту фонтана:
- Приятного плаванья, брат! – с брызгами, с шумом он роняет Ромео в воду, прыгает вслед за ним, намочив ноги по колено и смеется весело, оглядываясь на Меркуцио.
Получай и ты, «трезвенник», - с этими словами он окатывает Меркуцио несильно, больше по спине, и разворачивается к Балтазару.
- Синьор Гальяно, - светски интересуется парень, - не хотите ли присоединиться к нашим водным процедурам? – как будто и не было вокруг воды, шума и безобразия, что привнёс с собой Бенволио.

+1

54

В ответ на призыв благодарить его со стороны Меркуцио, Балтазар только вскинул руки в примирительном жесте, мол: «сдаюсь, уличили» и хмыкнул, продолжая наблюдать за тем, как развивались события этой встречи. И хотя она была новой и даже первой за последние несколько недель, все происходило по привычному и до боли знакомому сценарию, вплоть до того, что вызывало ощущение уже виденного, как это называлось на французский манер – «dejà vu». Обыкновенная болтовня на темы какие-то слишком странные, чтобы запомниться хотя бы до вечера, как водится, зачиналась Эспозито, вечно хмельным без вина. Балтазар редко принимал в таковых активное участие, все больше прислушиваясь и отвечая, зачастую, только на те вопросы, что были адресованы персонально ему. И скорее всего оттого, что бытность слуги и присущие этой должности границы поведения, все-таки, оставляли на Гальяно определенный отпечаток, рядом со своим непосредственным хозяином или даже рядом с его братом Балтазар старался вести себя куда сдержаннее, чем наедине с собой или в тех же трактирах, когда можно было жить именно как Балтазар Гальяно, а не как слуга Монтекки. Впрочем, такое обстоятельство вряд ли могло бы удивлять, скорее странным было то, что порой кроме смеха Балтазар просто не знал, чем ответить на очередное бурное высказывание, выплеснутое кем-то из троицы, но в целом было глупо отрицать, что веселее этой компании в Вероне было не найти.
Откликаясь на жест Меркуцио, Гальяно подошел к фонтану и вслед за остальными опустился на бортик, поставив локоть на колено и подперев подбородок кулаком. Распаляющаяся жара, и правда, не действовало благоприятно на алкоголь, что уже успел въесться в кровь. И хотя выпил слуга Монтекки меньше, чем его нечаянный попутчик, да и пьянел, в общем-то, на порядок медленнее, Балтазар все же мог наблюдать, как земля медленно и спокойно вращается перед глазами, стоит только повернуть голову в сторону. Справа, за Меркуцио, слегка размыто размахивал руками Бенволио, с завидным упорством доказывающий друзьям, что имеет полное право называться феей, пусть и такой, которую лишили крыльев и спустили на землю грешную в аккурат, похоже, к этому самому фонтану. Посмеиваясь над этими речами и мимоходом воображая себе то Ромео, летающего в облаках на птичьих крыльях, то Бенволио со златым нимбом, держащимся на колючках его волос, а то Меркуцио в виде лесного эльфа, Гальяно практически успел опуститься в полную расслабленность, окончательно разомлев под солнцем, однако в том-то и была его роковая ошибка.
Упустив из внимания, когда от пустых угроз Эспозито перешел к действию, Балтазар очнулся лишь в тот момент, когда с пугающим шипением брызг и звучными шлепками о воду, в фонтан оказался брошен Ромео. Вскрикнув от неожиданности, Гальяно неловко соскочил с бортика и попытался увернуться от разлетающихся капель, однако из-за хмельной нерасторопности вместо этого получил еще и часть того, что предназначалось Меркуцио. Хлопнув глазами, Балтазар несколько мгновений просто стоял, пытаясь определить, как он ко всему этого относится, но после предложения Бенволио только широко улыбнулся.
- Боюсь, у меня просто нет выбора, синьор! – ответил он, разведя руки и демонстрируя, что уже намок. – Вы очень меткий стрелок.
В один прыжок перемахнув через невысокий бортик, Гальяно тоже оказался в фонтане, поднимая не меньшую тучу брызг, чем до этого братья Монтекки. В конце концов, это недурной способ взбодриться, кроме того, что хороший повод подурачиться и повеселиться. Что толку волноваться за неподобающий вид или за то, что они распугают весь благочестивый народ, рискнувший выбраться на площадь? Мнение высоких веронское трио никогда особенно не интересовало, а вымокшая одежда на таком солнце высохнет за несколько минут. И чтобы совсем ни у кого не осталось в подобных размышлениях сомнений, Гальяно также хотел было одарить делла Скала новой порцией воды, но, замахиваясь, не учел того, что дно фонтана, поросшее тиной, невероятно скользкое в этом время года, и в следующий же миг звучно шлепнулся, в попытке зацепиться хоть за что-нибудь, утянув за собой и племянника герцога.
«Похоже, у меня сегодня банный день».

+1

55

Делла Скала только и мог, что абсолютно бездумно улыбаться на диалог Ромео и Бенволио, которые продолжили разговор о феях, так легко поддержанный самим паяцем. Конечно, можно было догадаться о том, что этот клоун решит рассказать какую-нибудь трогательную до глубины души историю, но что настолько... что ж, это оказалось неожиданно.
- Вижу, что эти феи не позаботились о твоем мягком приземлении и уронили тебя по доброте душевной головой вниз об землю... причем несколько раз подряд. А вообще, мой дорогой друг, - ответствовал Меркуцио с задором, который легко перенял у Эспозито, прежде махавшего пальцем перед носом у родственника герцога, - Вы должны быть им однозначно благодарны, что они Вас, мой дорогой синьор, подарили Вас нам... нам Вас... в общем, главное, что не закинули в змеиное гнездо! А ты неблагодарная скотина, не оценившая подарка оного! - такая тирада далась ему с большим трудом, преодолевая икание. Что уж тут сказать, кроме того, что пить, черт возьми, надо меньше! Намного меньше, в разы! И самым показательным в данном вопросе было то, что случилось год назад в трактире, когда он спьяну проиграл спор синьору Моретти.
- А вообще, на себя бы посмотрел прежде, чем обвинять нас в бала... боло... в общем, сам знаешь в чем! - рыжеволосый снова икнул, подняв палец вверх, словно показывая важность этих слов, впрочем, в следующий момент поспешно цепляясь за борт фонтана, явно опасаясь все-таки свалиться в водицу. Нет, конечно, в этом не было ничего ужасного, но все же... и все же его отвлекли опять от попыток размышлять в этом направлении, когда услышал об образе Бенволио в роли ангела. Это так его рассмешило, что он откровенно загоготал.
- О, Бенволио, какой тебе нимб-то?! С учетом того, что ты устраивал в гостиной поместья моего дядюшки с теми синьоринами, то поверь мне, гореть тебе в аду! - с некой даже угрозой в тоне произнес делла Скала, а после легко отвлекаясь и погружаясь в осмысление собственного состояния, которое было, мягко говоря, не самое лучшее.
"Кач... кач... ну и надрался же ты все-таки, синьор паяц, а все из-за чего? Из-за собственной неосмотрительности в выборе..." - мысленно озвучил Меркуцио то, что происходило с ним самим и в его жизни в последнее время, хотя так и не позволяя оным мыслям прийти к логическому и не самому приятному выводу.
Он продолжал покачиваться, не замечая в принципе того, что происходило вокруг: ни того, что все-таки Бенволио выполнил угрозу и окунул своего кузена в воду, ни того, что его самого только что окатили водой. Все происходило неким фоном и доходило с некой заторможенностью во времени. Наверное, стоило задуматься о том, что это легко могли заметить остальные и спросить, что же случилось с балагуром, но он не задумался и позволил себе просто плыть по течению. И вот это течение его невольно накрыло в лицо Гальяно, который столь неожиданно сдернул бедного пьяницу-паяца с бортика в фонтан. Рухнув в воду, племянник герцога неловко взмахнул руками, чуть не съездив Балтазару по лбу. Отплевываясь от попавшей в рот воды, он все-таки рассмеялся, особенно тому, что оказался благополучно лежащим на слуге Монтекки.
- И после этого, синьор, Вы утверждать будете, что я более пьян? - устроив ладони на груди у Балтазара, Меркуцио лукаво улыбнулся, а потом надавил, предлагая тем самым Гальяно хлебнуть немного воды. - О Боги, Ромео, Бенволио, смотрите, нимфы утащили беднягу под воду! - продолжая еще несколько мгновений удерживать слугу Монтекки под водой уже за плечи, после он отпустил и постарался встать. Скользкое дно не особо-то способствовало оному, а прилипшая мокрая одежда и подавно. в итоге ему только и оставалось, что зацепиться за бортик и по нему более менее подняться твердо на ноги. - Знаете что я вам скажу, синьоры? Я чертовски рад видеть вас! Вот только... Бенволио, а ну-ка глянь, это не за тобой ли прилетели те самые прелестницы лестные? - перебравшись по оному бортику ближе к кузену Ромео, он повис буквально на его плечах, пальцем указывая в небо, а потом самым наглым образом делая подсечку, чтобы его отправить в воду ради забавы. - О Боже, Ромео, они и твоего брата пытаются утащить! Эти сказочные нимфы фонтана! - рассмеявшись, рыжеволосый зарылся пальцами в свои волосы пятерней, оттягивая пряди назад. Чувствуя, что намокшая рубашка мешается и стесняет движения, он, совсем позабыв об украшавших его тело метках после проведенного времени с Гальяно в трактире, стал заниматься ее завязками, а потом распахнул до середины, облегченно выдыхая, словно бы это действительно помогло свободнее дышать. Подняв лицо к небу, он выдохнул, стараясь справиться с собственным головокружением от прежде выпитого. В очередной раз упрекая себя за то, что снова не рассчитал с количеством выпитого, паяц позволил нелепой улыбке наползти на губы, придавая его виду еще большей отрешенности и словно бы он вовсе был не от мира сего. Меркуцио выглядел примерно так же, как обычно влюбленный Ромео, который витал где-то в облаках. Разница только в том, что делла Скала витал в пьяных и размытых силуэтах.

+1

56

- Но ведь это ты завел тему про фей, Бенволио! - сложно было определить, пытается наследник Монтекки изобразить изумление, или же это было несколько другое выражение лица, но улыбка с губ не сходила ни на миг. Словно всего этого кошмара и не было, и друзья не расставались на время, которое показалось настоящей вечностью. Как же глупо было считать раньше, что все это полнейший бред. Хотя... да, бред и есть, но какой же приятный и как весело сразу становилось на душе. Словно все это невыносимо долгое время не было солнца на небосклоне, и весь город как будто был погружен во мрак.
"И вот это закончилось и..." - блондинистый Монтекки продолжал что-то расписывать про волшебных созданий и Ромео даже противиться не стал тому, как его подхватили и чуть ли не поставили на бортик фонтана.
"Не верит... но почему же? Я же..." - юноша поджал губы и чуть было не начал снова изображать обиженного ребенка, но брат то держал его, то резко отпустил, так, что наследник Монтекки только и успел взмахнуть руками для равновесия, но каким-то невероятным образом удержался на бортике.
- И что, что летающий? Что же я не могу изменить свое мне... ааай! - опасно покачнувшись, однако он снова оказался в руках блондина, в то время как словно и правда небо упало на землю и Ромео не сразу понял, что кузен решил выполнить угрозу и... подняв целый столб брызг единственный наследник семьи Монтекки плюхнулся в воду фонтана. Благо еще, что не приложился головой обо что-нибудь.
"А то потом правда доказывай, что это случайно произошло..." - хлебнув воды от неожиданности, юноша стал лихорадочно откашливаться и неистово барахтаться в воде, пытаясь принять более сидячее положение, но угораздило же Бенволио усадить своего непутевого брата именно под струю, которая теперь благополучно хлестала по голове, отчего видеть что-то вокруг стало совсем невозможно. Все же найдя опору и сев, Монтекки взвыл сильнее, потому что теперь струя воды направлялась ему в затылок, отчего захотелось чуть ли не завизжать. Когда же Ромео попытался осмотреться, его окатило водой с другой стороны. Все же продрав глаза, он понял, что в фонтане оказались теперь уже и Балтазар с Меркуцио.
"Отлично! Сегодня хотя бы не один я купаюсь в фонтане!" - от этой мысли стало совсем весело. Чтобы не оставаться в долгу, он ударил ладонями по поверхности воды, потом сделал резкий гребок, чтобы окатить водой всех в радиусе метра от себя. Удалось кого-то облить или нет, было сложно понять, потому что мокрые волосы безбожно залепили взор, и видно было только смутные силуэты.
- Эй!!! - когда же он попытался хоть немного открыть себе обзор, как рядом последовал новый всплеск и наследника Монтекки окатил новый столп воды.
- Пф! - громко фыркнул, он отчаянно затряс головой, как щенок, который только что вылез из реки. Так стало немного лучше видно. Протерев лоб ладонью, Ромео, наконец, убрал мокрые пряди с глаз и смог разглядеть, что вокруг происходит. И... пожалуй, видеть такого Меркуцио было чем-то странным.
"Стоит здесь в позе поэта... удивительно..." - подув себе под нос, Монтекки попытался сдуть каплю с кончика нос, но эта попытка не увенчалась успехом. Неловко пододвинувшись, чтобы увернуться от струи воды, теперь благополучно льющейся за шиворот, юноша уперся руками о дно фонтана и еще раз попытался встать. Когда же эта попытка почти удалась, и Ромео даже поднялся из воды, каблук сапога предательски проехал по скользкому дну, и Монтекки и ахнуть не успел, как снова рухнул в воду, для полноты картины, шлепнув руками по поверхности воды и поднимая тем самым очередной фонтан брызг, окатывая всех вокруг.
"Благо, что хоть на площади никого нет. Или есть?" - очень своевременная мысль, особенно притом, что они уже все четверо благополучно вымокли и едва ли кто-то поверил бы, что они где-то попали под дождь.
"А значит, решат, что молодежь снова развлекается и стремится разломать одну из достопримечательностей города. Только я не виноват! Моего разрешения для того, чтобы в этот фонтан окунуть, никто не спрашивал... впрочем, как и всегда..." - только как же весело было в этот момент и каким-то образом сев в воде, юноша прикрыл рот ладонью, чтобы не начать громко смеяться чуть ли не на всю площадь.

0

57

Бенволио со смехом смотрел на пытающегося увернуться от плотной струи воды братца. Тот барахтался в воде, оскальзываясь на камнях, и выглядел крайне потешно, отчего блондин попросту не мог перестать смеяться. А быть может, то было заразно? Вот же ж Меркуцио, заразил его бессмысленным и пьяным хохотом, а сам еще смеет что-то выговаривать Бенволио!
И Монтекки был бы рад ответить что-либо на слова Меркуцио, да тот был слишком занят с Балтазаром, пытаясь утопить его в фонтане.
- Нимфы-нимфы, я просто-таки вижу наяву, как одна откровенно наглая и рыжая нимфа сейчас буквально упихивает Балтазара к своим подружкам! Эй, синьор, неужели Вы заделались братом к водным сестрицам моих фей? Того и гляди, родственниками окажемся, а еще одного позора на свои седины не выдержит ни синьора Монтекки, ни твой почтенный дядюшка! – продолжал клоунаду юноша, подтрунивая над рыжим. А зря. Когда Бенволио отвлекся на болтовню, жаждущий справедливости делла Скала умудрился приобнять его и, сделав предательскую подсечку, уронить в воду.
- О Боги! – пробулькал Бенволио, выныривая из воды и отфыркиваясь. – Меркуцио, ты вконец!.. – он поднялся на ноги, сгруппировавшись и обернулся к рыжему, замолчав. Тот стоял подобно античной статуе с таким одухотворенным выражением лица, будто только что снискал с небес благословение или опустошил мочевой пузырь после долгого воздержания.
- Прости, друг, оставлю тебя наедине с солнцем, а сам пойду на площадь оплакивать восхитительное благолепие моих волос, которое погибло под натиском воды!
Бенволио и вправду выскочил из фонтана, раздраженный, тем, что увидел. Засосы на теле Меркуцио были так отъявленно видны и так мало походили на то, что оставляли женщины, что Эспозито сразу предположил, что пил делла Скала опять в обществе проклятого Капулетти.
"Чтоб черви выгрызли его глаза!" - раздраженно хмыкнул Бенволио, но потом подставил лицо под лучи, выжимая на горячие камни свою жилетку, пригладил волосы, потом их растрепал на манер прически Ромео и развернулся к фонтану, вновь зубоскаля.
- Не правда ли мы на одно лицо, Ромео? Смотри же, я послан феями, похож на тебя... - блондин патетически вскинул руки. - Друзья! Да я же, того и гляди, влюблюсь и женюсь! Спасайте меня!

0

58

Не на то он рассчитывал, запрыгивая в этот фонтан. Как минимум – Балтазар искренне не ожидал настолько скользкого каменного дна, что единственное неосторожное движение приведет к тому, что Меркуцио, сперва изрядно повалявшийся на слуге как на лежанке, попытается утопить его в пенящейся воде, да еще свалив всю вину на нимф, которыми здесь разве что только пахнуть и могло. Во всяком случае, Балтазар предполагал, что эти сказочные морские создания на запах мало чем отличаются от пресной воды городского фонтана, заливающийся сейчас и в рот, и в нос, и в уши. Обхватив запястья племянника герцога, Балтазар барахтался под ним, то зажмуриваясь, а то сквозь рябую поверхность воды глядя на искаженное лицо в обрамлении рыжих всполохов, силясь одновременно и оттолкнуть делла Скала и подняться, чтобы глотнуть воздуха. Впрочем, едва ли Меркуцио преследовал сейчас цель убить одного из своих друзей, а потому, когда он, наконец, отпустил, Балтазар только рассмеялся и тяжело выпрямился, хватаясь за широкий борт фонтана. Утерев с лица заливающую глаза воду, слуга Монтекки, впрочем, вовсе не спешил подниматься. Во-первых, даже вода не помогала вернуть рассудку должную трезвость, от чего мысль поскорее вылезти из все-таки довольно прохладной воды просто не пришла Балтазару в голову. А во-вторых, наблюдение за Ромео, усилиями кузена попавшим в аккурат под струю воды, и его крайне забавными попытками хоть как-то увернуться, оказались куда более приятным занятием, чем вновь оскальзываться на илистых камнях. Увы, даже высокое положение наследника Монтекки не спасло его от того, чтобы быть осмеянным собственным слугой. Впрочем, судя по широкой улыбке, не покидающей его лица и по тому, что смех молодых людей звучал в унисон и практически заглушал даже шум воды, раскатывающийся по широкой площади, никто сейчас не был против того, чтобы просто веселиться, не взирая ни на статус, ни на рамки приличия.
Бенволио, так подло отправленный под воду плутоватым племянником герцога, вызвал у Гальяно новый приступ хохота, который, впрочем, довольно быстро сошел на нет, когда, провожая взглядом вполне удачную попытку Эспозито подняться, Балтазар заметил, что рубаха Меркуцио, беззаботно наслаждающегося солнцем, водой и друзьями, совершенно распахнута, демонстрируя всего его «боевые» украшения, даже на сторонний взгляд явно оставленные не позднее, чем на рассвете.
«Бесславный конец конспирации. Как же он не любит узкие вещи…»
Отметив это про себя, а заодно окинув быстрым взглядом Монтекки и оценив их реакцию, Балтазар счел, что им не особенно интересно, где и с кем он провел ночь и утро, разве что Бенволио слишком уж поспешно выскочил из фонтана, принимаясь выжимать свою одежду и сетуя на испорченную прическу. А ведь без этих странных колючек он выглядел чертовски мило! Как бы то ни было, ничего предпринимать Гальяно не стал как минимум потому, что слуга, запахивающий рубашку постороннему с точки зрения рангов синьору, выглядел бы странно, а как другу Балтазару и вовсе не было никакой нужды делать этого.  Снова усмехнувшись и закрываясь рукой от плотной стены брызг, что в очередной раз поднял Ромео, слуга Монтекки подтянулся и все же выбрался из воды, усаживаясь на бортик фонтана, за который цеплялся прежде. Взъерошив короткие волосы, которые от этого стали торчать самым настоящим ежом (и наверняка были такими же колючими), он перевел дух и обернулся на голос Бенволио, подгибая одну ногу под себя, а вторую оставляя в воде, и снова рассмеялся. Ему в голову пришла мысль о том, что если перед каждой синьориной, что приглянулась Ромео, незаметно подменять его на Бенволио, тот, при должном усердии, смог бы не только отвадить любую, но и распространить с их помощью такие слухи о наследнике Монтекки среди прекрасного пола, что ни одна бы впредь не захотела поддаваться его пылким речам. Вот уж что точно заставило бы поубавиться романтичности в его размышлениях, однако озвучить это Гальяно не решился, только хмыкнув.

0

59

- Ромео, признайся, ты же неисправим и жизнь тебя ничему, черт возьми, не учит! - спустя какое-то время проговорил рыжеволосый, вспомнив, что он вроде как не античная статуя, чтобы стоять в оной позе в фонтане, изображая черт знает что. Поспешный побег из фонтана Бенволио, конечно же, насторожил, но, право, паяцу так не хотелось думать о сейчас о чем-либо! Да и зачем, когда на улице жарко, солнце печет дурную голову, а настроение явно становилось лучше рядом с друзьями, которые все-таки нашли время на то, чтобы найти друг друга.
Конечно, чувство того, что это всего лишь пьяные иллюзии не хотели покидать его голову, но делла Скала умело гнал их прочь, чтобы хотя бы на какое-то время найти успокоение для своей души, истерзанной тревогами и сомнениями. А ведь еще совсем недавно в том трактире он говорил Балтазару, что все кончено, что их трио больше никогда не будет... но вот они вместе! Двое в фонтане, третий сохнет.
"Но не самообман ли это, Меркуцио? - внутренний голос не хотел униматься и решил поговорить. - Бенволио ведь неспроста так отреагировал. Только что был весел, а тут даже в лице переменился, глянув на тебя", - в этот момент паяцу пришла в голову идея осмотреть себя. Именно так и нашелся ответ, почему Эспозито столь остро отреагировал.
"Обиделся на то, что я без его компании ходил развлекаться? Но будто такое происходит впервые!"
Легкое недоумение проскользнуло было в глазах Меркуцио, впрочем, он тут же тряхнул головой и приглушенно рассмеялся, переведя свой взор на Ромео, который никак не мог выбраться из воды и выглядел более, чем комично. Сделав шаг к другу, он протянул ему руку, предлагая тем самым помощь, чтобы выбраться из воды, в конце концов, захлебнувшейся наследник Монтекки в фонтане - это не то, что было хотя бы немного забавно. Разве что Капулетти бы посмеялись от души.
- Не верь Бенволио, не с нимфами я в родстве! С сатирами, судя по тому, сколько в моем вине крови бежит по сосудам! - хмельная улыбка, после чего рыжеволосый легко подмигнул своему другу Ромео. - Давай, я помогу тебе... а потом утопим этих двоих, принеся в жертву нимфам или феям, - понизив голос, заговорщически произнес племянник герцога, кивнув головой между делом в сторону Балтазара и Бенволио в стороне, предлагая поддержать безумную идею. В конце концов, кто знает, когда судьба предоставит возможность так беззаботно веселиться? Слишком многое изменилось в жизни каждого, слишком многое происходило в городе, чтобы оставаться в стороне и дальше.
"В конце концов, вечно это перемирие длиться не может и однажды нам все-таки придется снова вступить в очередную стычку. Кто знает, какой исход она выберет и кто останется недвижимым на земле. Я, Бенволио, Балтазар, быть может, даже Ромео, решивший отомстить за кого-то... а может и сам Тибальт пойдет в нелепой схватке и больше не будет того, кто так ратует за битву. Капулетти с ним потеряют своего Цербера, охраняющего честь семьи. Впрочем, какая это все же глупость и он дурак, раз продолжает играть роль благородного рыцаря ради тех, кто так относится к нему".
В итоге, не дожидаясь, когда же Ромео отреагирует на приглашение подняться, делла Скала сам ухватил его за руку и потянул на себя, но будь проклято это скользкое дно, ибо в итоге родственник самого герцога в итоге рухнул на Монтекки, чуть не приложившись лбом с ним. Несколько мгновений ушло на то, чтобы прежде заставить все прекратить так плясать перед глазами, потом же Меркуцио звонко расхохотался, усаживаясь рядом с другом.
- Похоже, быть нам с тобою заложниками прекрасных нимф фонтана. Видишь, не пускают нас! Видимо мы им особенно милы, - с некоторым задором в голосе проговорил рыжеволосый несносный паяц, пихнув Монтекки в бок так, словно бы они не сидели в фонтане практически под бьющими на них струями воды. - Балтазар, друг мой, душа моя! - воззвал через некоторое время Меркуцио, стараясь придать своему выражению лица несчастный вид хотя бы для приличия. - Спасешь ли ты друга своего и непутевого наследника Монтекки, вслед за которым и меня тут нимфы утащили? Как-то сыровато сидеть в фонтане и не уютно, - поведя плечами, делла Скала, усмехнувшись, между делом побрызгал водой на Ромео как на главного виновника всего этого безобразия, что сейчас разворачивалось в фонтане. Конечно, стоило бы самому попытаться встать, но ненароком потерпев крах, племяннику герцога вовсе не хотелось расшибить себе лоб и с расписным лицом явиться вечером на бал.
"Боюсь, что дядя мне такого позора точно не простит".

0

60

Когда они в последний раз так веселились? Будто дети малые! Разве взрослые и серьезные синьоры идут плескаться в фонтане? Нет, очень едва ли, поэтому и случайные прохожие с неким недовольством смотрели на развлекающуюся компанию, но возражать не спешили. Может потому, что видели, что это неизменная троица, которую, кстати говоря, давно не было видно вместе на улицах Вероны и, должно быть, стражники уже начали забывать о том, какие стычки из-за них происходили.
"Вот интересно, сильно ли они скучали без нас? Или же наоборот город наслаждался долгожданным покоем?" - Ромео снова попытался подуть себе под нос, сдувая с кончика мокрые капли и пытаясь разглядеть своих друзей через мокрые пряди, в итоге так и не дождавшись результата, чихнул.
- А? Кого утопить? - когда же кто-то, судя по голосу, это был Меркуцио, ухватил наследника Монтекки за руку, тот даже попытался подняться. Но скользкое дно фонтана сыграло с ними обоими плохую шутку и Ромео только и смог что тихо ахнуть и снова повалиться под воду, при этом еще и придавленный сверху.
- Меркуцио! Вы с Бенволио решили меня утопить на радостях? - рассмеялся он, все же выныривая из воды и отплевываясь. Не волнуясь о том, перемажется тиной или нет, Монтекки потер лоб, все же убирая мокрые пряди с лица.
- Что сделаешь?! - реплика же кузена о влюбленности и женитьбе прозвучала еще более удивительной. - Бенволио, не пугай меня так. Еще скажи, что готов будешь петь серенады под окном самой неприступной девушки в городе, и что серенады эти будут твоего личного сочинения и любовь будет до гробовой доски и... - юноша уже не знал, что еще более фантастического придумать. Пришлось даже головой помотать, чтобы выкинуть эти странные мысли из головы.
- Нет, друзья мои, тут только одна нимфа... - запрокинув голову, Ромео поднял руку и указал на статую Мадонны, украшавшую фонтан. - Вот эта прекрасная синьорина решила не отпускать нас сегодня из своего плена и вот результат этого, что мы не можем вырваться отсюда и... - заметив, что все же и Бенволио и Балтазар уже за пределами фонтана, Монтекки решил воззвать к их милосердию, ко все еще мокрым друзьям. - Да! Балтазар, как так твой хозяин все еще в фонтане сидит?! - возмущение было, скорее для приличия и на лице юного наследника все еще играла радостная улыбка. Указывать слуге на его место он не собирался, для него это никогда не имело особого значения. Повернув голову, он, для верности, так же жалобно, как и рыжий рядом с ним, посмотрел на брата. - Братец, поможешь нам? А то мы так точно местами поменяемся, потому что уже у меня на голове будет непонятная композиция.
А это было бы даже смешно, если бы они начали выглядеть наоборот. Ромео никогда не казалось, что у них с Бенволио есть что-то похожее во внешности. Может просто потому, что когда живешь с кем-то всю жизнь в одном доме, не замечаешь в нем никаких изменений. Да, у них обоих были светлые волосы и глаза.
- Вот было бы смешно, если бы матушка нас перепутала! - в этот момент Ромео снова залился смехом, уткнувшись Меркуцио в плечо. - Ха-ха-ха! Поймает меня и будет спрашивать "Где сын мой Ромео?!" - юноша даже сурово свел брови, изображая, как обычно синьора Монтекки задает этот вопрос. Сам он редко такое зрелище видел, но очень уж выразительно обычно ее изображал Бенволио. Сейчас и интонацию, не смотря на смех, удалось передать. - Ой, я не могу! - складывалось ощущение, что они все были немного опьянены этой встречей или же это самому наследнику Монтекки так казалось? Все же... эйфория от того, что они снова вместе, безумное счастье. Если честно, даже то, что они сидели вымокшие до нитки в фонтане, не мешало этому веселью.
"Жизнь меня ничему не учит, - невольно вспомнилась первая реплика Меркуцио. - Ой, не знаю... да и не волнует меня это сейчас. Оно выяснится со временем, учит или нет. А сейчас все просто очень весело!"
Немного успокоившись, Ромео все же протянул руку, в надежде, что хоть кто-нибудь поможет им с другом подняться из фонтана. А то веселье весельем, а вода не была такой уж теплой.

+1


Вы здесь » Romeo and Juliet (18+) » Площади Вероны » Фонтан Веронской Мадонны


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC